*Ну что, повеселилась, любуясь собой в зеркальце, Белоснежка?* усмехнулся Паркер. *Довольно. Ты все еще моя. Кем бы ты ни была.* В его голосе зазвенела возможность. *Гибрид адской гончей и овцы? Выходит, я все-таки могу превращать других оборотней. Вот это интересно. Если я смогу проделать то же с другими… Получится, конечно, зверинец порядочный, но, черт возьми, все сейчас так помешаны на разнообразии…*

Адская овца фыркнула сернистым дымом. ОН ПРАВ. ДОВОЛЬНО! МЫ ПОЛОЖИМ ЭТОМУ КОНЕЦ!

Голос Паркера заполз вокруг ее ног, словно скользящие цепи. *Иди-ка сюда, девочка.*

*Ты же сказал, что отпустишь ее!* зарычал Флинс.

Его дядя медленно и снисходительно моргнул ему. *Если припоминаешь, пацан, я сказал, что не буду заставлять ее работать на меня. Отпустить? Ты что, шутишь? Ну то есть, да, эти зубы вряд ли годятся, чтобы кусать несговорчивых клиентов, но сбегать за кофе она еще сможет.*

Флинс ощетинился, но это Шина бросилась вперед, голос ее адской овцы ревел в ее черепе: ЗУБЫ? Я ПОКАЖУ ТЕБЕ ЗУБЫ!

Последовал краткий ментальный укол, когда Паркер, встав на дыбы, попытался пригвоздить ее на месте своими альфа-силами, но канаты вокруг ее ног лопнули, как цепочки из маргариток. Он чуть не упал на спину от удивления, когда адская овца обрушилась на него.

В последнюю секунду в его глазах мелькнула тревога — тут же скрытая презрительной усмешкой. Дым, сочившийся из-под шерсти, сгустился в тот же миг, как и сама шерсть начала растворяться. Меньше, чем за время прыжка Шины, он полностью исчез из виду. В воздухе осталась лишь дымная дымка.

Зубы адской овцы щелкнули в воздухе там, где мгновение назад был Паркер. ТРУС! проревела она. ВЫХОДИ И ДЕРИСЬ!

Он стал невидимым, подумала Шина, затем добавила: Но если бы он был просто невидимым, ее зубы бы во что-то вцепились. Значит, он не просто невидим, он должен быть…

Как тогда, когда я провалилась сквозь машину, подумала Шина и сосредоточилась.

Голос Флинса коснулся ее разума. *Он ушел в сдвиг фазы. Но раз ты в его стае, ты должна суметь синхронизироваться с его… Риз называет это частотой. Мы все могли это делать. Но мы никогда не могли использовать это против него. Если ты способна сбрасывать его цепи так легко…*

ОН НИКОГДА НЕ УЗНАЕТ, ЧТО ЕГО ЖДЕТ! протрубила адская овца Шины.

*Можно попробовать,* добавила Шина. Флинс не мог слышать ее адскую овцу, но он услышал ее. Его тело излучало беспокойство.

*Будь осторожна.*

*Буду,* успокоила она его.

ГОТОВЬСЯ К СМЕРТИ, ЗАДНИЦА! проревела ее адская овца, и она мысленно добавила: Конечно, я не уверена, что это я решаю, буду ли я осторожна или нет…

Ей потребовалось лишь вспомнить, как автомобильное сиденье превратилось в дым под ней, и она уже была там. Лучшим сравнением была попытка открыть глаза во сне. Мир вокруг выглядел вполне убедительно, но часть ее мозга все еще думала, что она спит.

Ее адская гончая шагнула вперед. Ее нога прошла сквозь небольшой куст, как будто его не было. Похоже на сон, подумала она, ошеломленная. Затем: Если я могу проходить сквозь вещи на земле, значит ли это, что я могу провалиться сквозь землю…

ХВАТИТ ДУМАТЬ, потребовала ее адская овца. НАЧИНАЙ ДЕЛАТЬ!

Она не видела Паркера, но ей и не нужно было его видеть. Ее мозг ощущался как короткое замыкание, поезд, сходящий с рельсов, который сам же их и перестраивает. Она не видела Паркера, но могла чувствовать, где он. С этим справлялся тот радар в ее голове.

Ее адская гончая рванула вперед. Она двигалась как регбийный мяч: быстро и непредсказуемо. Шина нацелилась на то, что ее внутренняя карта указывала как центр ее вселенной. Ее копыта проносились сквозь тощие деревья и крепкие заборы, по земле, шипевшей от инея, и над вентиляционными шахтами, клубящимися паром. Она не знала, как далеко бежит, только что воздух вокруг бледнел, а подлец в ее прицеле мог бежать так же быстро, как и она.

Почти.

Прилив энергии погнал Шину вперед. Она засмеялась в бреду. Воздух теперь был густым от пара, и бежать сквозь него — сквозь, даже не касаясь — ощущалось как какое-то порочное, дерзкое вторжение. Так оно и было. Она проскочила мимо знака «Не сходить с тропы» чуть раньше — прошла сквозь него, когда щелкала зубами у хвоста Паркера — и теперь она была далеко-далеко от тропы.

Грязь кипела у ее копыт. Небо раскинулось над ней широко и пусто, а россыпь звезд была подобна крику в темноте, раздиравшему ее собственное сердце. Ей хотелось взметнуться в небо, вырвать звезды с корнями и съесть их — просто потому, что этого нельзя было делать.

Она чувствовала себя живее, чем когда-либо прежде. Она чувствовала… правильность.

КОНЕЧНО, ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ СЕБЯ, КАК И ДОЛЖНА БЫЛА ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ! заревела ее адская овца. ТЫ ЗНАЕШЬ, КАК ДОЛГО Я ЭТОГО ХОТЕЛА?

Шина сразу поняла. Игнорировать инструкции? Сворачивать с пути? Ее овца всю жизнь вела себя так, будто она неуязвима.

Теперь, впервые, она такой и была.

Или почти, добавила она, и ее адская овца послала презрительный фырк сернистого дыма сквозь ее мысли.