Песни о любви, наконец, обрели смысл. Мысль была чертовски слащавой, но мне было все равно. Я напевал под мелодию, исполняемую на пианино, которая тихо звучала из динамиков моего ноутбука.

Фернанда была моей.

Она признала это. Я ей более чем нравлюсь. Для женщины, которая не верила в любовь, «больше, чем нравится» было огромным достижением. Я одержал победу. Она честно призналась, что создана для меня.

— Ты счастлив, — заметила Касси, стоя в дверях моего кабинета.

Я пожал плечами.

— Жизнь не так уж плоха. Мне не на что жаловаться. — Мой взгляд упал на папки в ее руке. — Это мне?

— Да. — Она подошла и протянула мне папки из плотной бумаги. — И я хотела предупредить тебя, — начала она, но у меня было чувство, что я знаю, что она собирается мне сказать. — Слышала, твой отец уже едет сюда.

Я нахмурился.

— А мой брат? — спросил я.

Судья был хорошим парнем, и они с Касси вместе учились на юридическом факультете.

— Он прислал смс. Просил предупредить тебя, потому что, как он написал, мой братец-засранец, по его словам, не ответит ни на одно гребаное сообщение. — Ее глаза игриво расширились, и я был слишком счастлив, чтобы обращать внимание на раздражение судьи.

— Спасибо, Кас.

— Если ты хочешь ускользнуть, я тебя прикрою, — предложила она, зная, каким мог быть мой отец.

— Я ценю это, но встречусь с ним. Вообще-то я его жду.

— Неужели? — Касси скорчила гримасу.

— Когда, не дай бог, на выходные ты сохраняешь радиомолчание, это все равно что размахивать перед ним огромным красным флагом.

— Радиомолчание? Ты? — она рассмеялась. — Ничего себе, чудеса случаются! — поддразнила она. — Может, в июле в Вегасе тоже выпадет снег? — Касси рассмеялась, а я усмехнулся.

— Забавно.

— Говоря серьезно, если тебе понадобится помощь, ты знаешь, где меня найти. — Ее предложение было искренним.

— Что, если мне понадобится адвокат? — спросил я, проводя пальцами по волосам.

— Я знаю парочку, — она рассмеялась, прежде чем развернуться и выйти из моего кабинета.

Не прошло и пяти минут, как в дверь постучали, и я, даже не поднимая глаз, понял, что это мой отец. Мой папа улыбнулся, а я нахмурился, заметив двух человек за его спиной. Его личный ассистент, Кармен, и какой-то парень, которого он нанял, чтобы тот повсюду ходил за ним с камерой, ждали позади него.

— Привет, сынок! — голос моего отца звучал слишком громко, но я все равно встал и направился к старику.

Сегодня Пол Харрисон был одет в черный костюм, красный галстук и белую рубашку, моему отцу было далеко за шестьдесят, но каким-то образом, несмотря на работу в политике, ему удавалось выглядеть на двадцать лет моложе. Этот человек был непоколебим. Подтянутый, он поддерживал себя в тонусе и ежедневно занимался спортом. Иногда он даже проводил по две тренировки в день.

Мы обнялись, и когда я отстранился, его руки держали меня за плечи, а глаза почти сверлили мои. Как будто он пытался понять, что со мной происходит, хотя я был уверен, что он и так все знает. Пол Харрисон был не из тех мужчин, которые оставляют все на самотек.

Особенно, когда дело касалось его четверых детей.

— Звонил тебе на выходных, — протянул он. — Ты в порядке? Выглядишь усталым, — заметил он.

Я закатил глаза.

— Я в порядке. — Я отстранился и помахал ему рукой. — Входи, — пробормотал я, прежде чем оглянуться ему за спину. — Кармен. — Я улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ.

— Привет, Оут, извини, что мы не договорились о встрече. Твой отец…

— Я настоял, — перебил ее Пол.

Ее глаза погрустнели.

— Что ж, Кармен, всегда пожалуйста. — Я подмигнул, надеясь смягчить обиду на папины придирки. — Если хочешь, расположись на диване. — Я указал на тот, что стоял в углу. Кармен и парень с камерой натянуто улыбнулись, усаживаясь.

— Итак, чем я обязан чести вашего посещения? — спросил я, когда мы все расселись.

— Разве отец не может просто проведать своих детей? — он нахмурился. — Ты и твои сестры ведете себя так же. Как будто это странно, когда я просто захожу.

— Папа? Ну же, в чем дело?

— Я просто хотел проверить. Кстати, хорошая победа на прошлой неделе, — похвалил он, и я моргнул. Меня не удивило, что он знал о моих делах. — Эти победы помогут тебе быть избранным.

— Избранным? — я нахмурился. У него определенно что-то было в запасе.

— Я разговаривал с Верноном Томасом.

— Руководителем твоей кампании?

— Верно. Он считает, что тебе было бы неплохо баллотироваться в качестве представителя штата и не тратить свое время впустую на посту окружного прокурора. Время, проведенное здесь, пошло тебе на пользу, и ты нравишься людям.

— Отец... — но он меня не услышал.

Или предпочел проигнорировать.

Он все бубнил и бубнил о своем плане для меня. О дорожной карте, которая в конечном итоге привела бы меня в Белый дом. Как он всегда хотел, а я, серьезно, нет.

Слова совета Рэнсома всплывали у меня в голове.