Когда он обернулся, шуршание привлекло его внимание к остальным коконам, раскачивавшимся на полу.
Крик заставил его посмотреть туда, где под женой лежал король Джерет. Её клыки вонзились ему в руку. Королева отпрянула, издав сдавленный звук, и рухнула рядом. Из её рта вырвались сотни крошечных пауков, превращаясь на каменном полу в чёрную слизь. Задыхаясь, она протянула руку мужу. Тот отполз назад, прижавшись спиной к стене.
— Прошу! Помоги мне!
Членистые ноги усыхали и отламывались от её тела. Панцирь трещал и осыпался на пол.
Словно зараза умирала внутри неё.
Казимир осторожно подошёл и опустился рядом с Джеретом. Рана от укуса шипела и пузырилась, затягиваясь и источая чёрную жижу, стекавшую по руке.
— Ты позволил… нашим детям… умереть!
Королева подтянулась ближе. Клыки выскользнули из её рта и упали на пол.
— Ложь!
Джерет выхватил клинок из ножен на ноге и бросился к жене.
— Я не давал им умереть! — взревел он, вонзая нож ей в череп. Чёрная жидкость брызнула ему в лицо. — Это… не моя вина!
Её тело свело судорогой. Оно дрожало, пока наконец не застыло.
Дрожащими руками король выдернул клинок и снова поднял руку, осматривая зажившую рану.
— Меня нельзя заразить. Мортокрукс… мор меня не возьмёт.
Казимир безразлично закатил глаза и поднялся.
— Рад за тебя.
Он пошёл дальше по коридору к другой, приоткрытой двери небольшой цитадели. Та заскрипела и застонала, когда он толкнул её. Казалось, в открывшейся комнате поселилась зима. Вокруг поблёскивали скопления паутины; единственным звуком был тихий стук водяных капель.
Оглядывая блестящие нити, Казимир заметил кокон возле полки с банками. Из него торчала рука, словно тот, кто был внутри, пытался выбраться.
Подойдя ближе, Казимир рассмотрел кольцо на пальце. На нём была печать Сагаерина.
Дорджан.
Леталиш выхватил клинок и шагнул к кокону. В отличие от липкой паутины в землях смертных, эти нити были тонкими, ледяными и мокрыми на ощупь, но не рвались, когда он проводил по ним ножом. Казимир пытался прорезать их, однако они оказались удивительно стойкими к лезвию.
Боги, чего бы он сейчас только не отдал за пламя Зевандера.
Быстрыми движениями ему удалось пропилить тугую оболочку. Он провёл клинком вниз по передней стороне кокона.
Дорджан вывалился вперёд, рухнув на него. Открытую кожу покрывало восковое белое вещество. Сквозь зловоние гнили каким-то образом пробивался слабый кисловатый запах, напомнивший Казимиру нагретый жидкий вивикантем. Принц вдыхал и выдыхал с хриплым скрежетом, будто лёгкие были набиты стеклом. Бледное лицо осунулось, щёки ввалились. Широкие чёрные зрачки поглотили привычную бледную голубизну глаз, а по белкам разветвлялись тонкие чёрные вены.
— Убей… меня.
— Я вытащу тебя отсюда.
Казимир вытянул принца из кокона и увидел на его руках пульсирующие чёрные вены.
— Я… чувствую их… внутри. Убей…
Приступ кашля оборвал слова. Казимир повернул его на бок, и изо рта принца на пол полилась чёрная жидкость.
Бормоча себе под нос, Казимир поднял его на руки и вынес в коридор. Там его встретили существа, в которых он, судя по небольшому росту, предположил младших детей короля Джерета. Их тела были покрыты мозаичным панцирем; из спин торчали восемь длинных членистых ног. Они смотрели на него безжизненными глазами. Один наклонил голову, изучая его. С краёв зрения Казимира наползала чернота.
Один.
Два.
Три.
Через несколько секунд веки распахнулись. Дети разворачивались и убегали в другую сторону. Прочь от него. Он нахмурился, глядя им вслед, и медленно выдохнул. Потом пошёл дальше.
Дорджан безвольно лежал у него на руках, пока Казимир выходил из замка, проходил внутренний двор и надвратную башню, а затем возвращался по мосту. На другой стороне его ждал Дравиен с двумя лошадьми.
— Он мёртв? — спросил тот, подхватывая Дорджана под руку и помогая Казимиру усадить его на лошадь.
— Пока нет.
Казимир взял поводья и забрался в седло позади принца, позволив ему откинуться спиной себе на грудь.
— Значит, обратно в Никстерос?
— Я вполне могу ехать один.
— Не сомневаюсь.
Дравиен неловко взобрался на свою лошадь. Его раны, похоже, немного затянулись, но руку он по-прежнему берёг. Кивнул в сторону дороги.
— В путь.
Казимир застонал и цокнул языком, направляя лошадь по дороге от замка.
Глава 31
Зевандер
Одевшись, Зевандер вывел Маэвит из пещеры. Они пошли вслед за Лотаром по тропе к лагерю. Вокруг раздавался скрип древесины, словно деревья качались под сильными порывами, хотя ветра не было. Инстинктивно остановившись, он принюхался. Даже сквозь маску кислое зловоние гнили так густо забивало горло, что пришлось сглотнуть, подавляя рвотный позыв.