» Детективы » » Читать онлайн
Страница 23 из 26 Настройки

– Гуляла, – сказала Веня и тут же сама перешла в атаку: – Таисия Петровна, а что она там делала?

– Зинаида? – Таисия убрала руку от груди, нахмурилась, а потом спросила: – На ней был венок?

– Был. – Почему-то Веня совсем не удивилась. Прав участковый Елагин, странное это место, и люди тут странные. – Это что-то значит?

– Значит. – Таисия кивнула. – Это значит, что Зинка – дура. Дурой была, дурой и померла.

Веня молчала, ждала продолжения. Таисия тоже немного помолчала, а потом заговорила:

– Поверье у нас есть местное. Если девка или баба белую сорочку наденет, перейдёт в полночь по Межевому мосту на ту сторону и сплетёт венок из кувшинок, так сразу её заветное желание и исполнится.

– И какое было у Зинаиды желание?

– А какое может быть желание у одинокой бабы? – спросила Таисия устало. – Мужика Зинка хотела. Не везло ей с мужиками. Теперь уж и не повезёт.

– Мне сказали, после заката на мост ходить нельзя. Тоже местное… поверье. Так почему же она нарушила запрет?

– Да откуда ж мне знать, Венера Вячеславовна?! – неожиданно вспылила Таисия. – У меня голова теперь болит, кого на её место поставить. Работать некому. Одна в отпуске, другая на больничном, а третья вон… за Межу сходила… – Она снова вздохнула, помолчала, а когда заговорила, голос её звучал по-официальному сухо: – Вас уже предупредили, Венера Вячеславовна, но я ещё раз предупрежу. На всякий случай. Места у Межи гиблые, очень много там случается разных несчастий. – Снова та же пластинка, что и у участкового Елагина. Места гиблые, на ту сторону ходить нельзя, но причин запрета никто не знает. – Зинаида, к примеру, хорошо плавала. Всё её детство прошло на Светлом озере. А вот, гляди ж ты, утонула. Искала счастье, а нашла смерть.

– А вообще было такое, чтобы кто-то на том берегу счастье нашёл? – спросила Веня.

– Было. – Таисия кивнула. – Только у всякого счастья своя цена. Иногда такая высокая, что и счастья того не захочешь. Послушайте меня, Венера Вячеславовна. – Она подалась вперёд, крепко сжала Венино запястье: – Не ходите на ту сторону. Ни днём, ни ночью не ходите.

– Это же всё… забабоны! – Веня вспомнила смешное слово.

– Забабоны или нет, а целее будете, – отрезала Таисия.

– Там же есть деревня. Замежье, кажется. Мне Васильевич рассказывал и Валик, ваш… – Веня осеклась.

– И эти туда же, – простонала Таисия, а потом заговорила злой скороговоркой: – Есть деревня! Полумёртвая! У тамошнего люда своя жизнь, а у нас своя. Мы к ним не лезем, а они к нам. Иногда только приходят на наш берег.

– Зачем? – спросила Веня.

Таисия посмотрела на неё шальным каким-то взглядом, а потом процедила:

– Помирать они к нам приходят. Не помирается им там, за Межой.

Веня смотрела на старшую медсестру непонимающим взглядом. Вот уж от кого она точно не ждала забабонов…

– Вижу, не доходит до вас. – Таисия встала. Ножки её стула с противным скрипом шаркнули по плитке. – Следуйте за мной!

Это была не просьба, а приказ, но Веня послушалась, вышла вслед за старшей медсестрой из кабинета. Таисия держала путь в отделение с социальными койками, туда, где ещё вчера несла дежурство несчастная Зинаида. Сейчас на посту сидела Вера Афанасьевна. При их приближении она заахала, попыталась встать, но Таисия лишь раздражённо махнула рукой, и медсестра опустилась на стул. Таисия остановилась перед одной из тех палат, куда вчера сама же Веню не пускала, сказала с какой-то непонятной злостью:

– Прошу! – И навалилась плечом на дверь, словно с той стороны она была подпёрта чем-то тяжёлым.

Дверь раскрылась без сопротивления и без звука. Несмотря на ясный день, из-за плотно задёрнутых штор внутри палаты царил полумрак. Веня на мгновение прикрыла глаза, привыкая к резкой смене освещения, а когда снова открыла, увидела лежащую на единственной койке неподвижную фигуру.

– Ну, здравствуй, – сказала Таисия, медленно подходя к койке. – Отмучился ты, по всему видать.

Ответом ей стало то ли шипение, то ли хрип. Лежащий на койке человек попытался встать, но сил не хватило, и его неестественно большая, абсолютно лысая голова упала обратно на подушку. Длинные, похожие на паучьи лапы пальцы беспомощно шарили по одеялу, сминали его в складки, царапали корявыми, похожими на птичьи когти ногтями. Веня вытянула шею, пытаясь получше разглядеть лицо пациента.

Это был старик, очень старый и очень больной старик. На его измождённом лице живыми оставались только глубоко ввалившиеся чёрные глаза. От взгляда, которым он посмотрел на Веню, сделалось холодно и жутко. А потом старик улыбнулся беззубым ртом, и в палате запахло застоявшейся болотной водой. Веня отступила на шаг, не смогла с собой совладать.