» Детективы » » Читать онлайн
Страница 16 из 21 Настройки

Резко разжимаю пальцы и отступаю. Разворачиваюсь и выхожу.

14. Саид

В офисе в восемь утра ещё пусто.

Сажусь за стол и медленно выдыхаю. Передо мной папка с копией завещания. Читаю его в третий раз.

Всё. Дом, счета, доли в бизнесе, всё переходит к Стефании. Лазарь оставил ей всё и не оставил мне ни одной подсказки, как не угробить эту девчонку раньше, чем она вступит в наследство.

Шестьдесят процентов холдинга. Двадцать из них та самая доля, за которую Шумеров уже два года грызёт глотки всем подряд. Если оригинал завещания всплывёт, девчонка станет мишенью.

Сука.

Откидываюсь на спинку кресла, тру переносицу. Что с ней делать? Отправить за границу? Спрятать? Выдать замуж за кого-нибудь надёжного, чтобы фамилия...

Хмыкаю. Замуж. Хмыкаю, а сам не замечаю, как пальцы сами собой ломают карандаш.

Раздаётся треск и я опускаю взгляд на сломанный карандаш. Бросаю обломки в корзину и пытаюсь вернуться к цифрам.

Раздаётся звонок. Ильдар.

— Говори, — отвечаю на звонок сухо, потирая переносицу.

— Саид Булатович, экспертиза закончена. Это Александр Лазарев. Тело выдают. Можно хоронить.

Хотя я ждал этого звонка и все эти дни готовился, внутри всё равно что-то обрывается.

Пока шла экспертиза, оставалась какая-то идиотская надежда. Что ошибка. Что перепутали. Что вот сейчас он позвонит и скажет своё ленивое: «Шах, ты чего, поверил, что я так просто сдохну?»

Не позвонит больше.

— Есть ещё кое-что, — добавляет Ильдар. — Элона Лазарева уже в курсе. Она организует похороны сама. Как законная вдова.

С юридической точки зрения она права. Я не имею никакого права вмешиваться.

— Пусть, — выдавливаю я. — Пусть хоронит. Но охрана на кладбище моя. Усилить втрое. Каждого на входе проверять.

— А девушка?

— Девушка будет там.

— Элона Лазарева может возразить. Она хотела, чтобы всё прошло в узком семейном кругу.

— Пусть попробует.

Отключаюсь. Долго сижу и смотрю в одну точку.

Потом встаю, забираю папку и еду домой. Надо сказать ей самому. Не через охрану и не через Ильдара.

Нахожу её на кухне. Сидит за столом, поджав ноги, держит чашку обеими руками и смотрит в окно. Услышав шаги, оборачивается.

— Экспертиза закончена. Завтра похороны, — сухо произношу я, пряча своё волнение.

Стефания так и замирает с чашкой в руках, а потом медленно ставит её на стол и закрывает лицо руками. Плечи вздрагивают, но плача не слышно. Хотя я знаю, что она сейчас плачет. Она может себе это позволить.

Вздыхаю и подхожу к ней. Я не знаю, как успокаивать таких нежных и хрупких девочек. Поэтому просто кладу руку её на плечо.

— Я думала, ещё есть время, — произносит она тихо-тихо, всхлипывая. — Что они ошибутся…

Не договаривает. Закрывает рот ладонью.

Мы думали об одном и том же.

— Элона всё организует, — говорю я. — Как жена. Это её право.

Стефания открывает лицо, шмыгает носом и вытирает слёзы ладонью.

— Я смогу проститься с папой? — спрашивает тихо.

— Сможешь. Я буду рядом.

Кивает и продолжает плакать. Ей это надо. Пусть. Оставляю её и ухожу.

Мне тоже надо побыть одному. Вот и всё. Всё, Лазарь.

Вечером приносят чёрное платье. Закрытое, с длинным рукавом, простое. Я сам выбирал по размеру, который запомнил в той примерочной. Стефания молча забирает пакет и шепчет:

— Спасибо.

Первый раз за всё время.

День похорон. Накрапывает мелкий дождь, как в ту ночь, когда она пришла ко мне с мокрыми волосами и дрожащим голосом.

На кладбище людей больше, чем я ожидал. Элона постаралась. Партнёры, знакомые, какие-то журналисты, которых охрана держит у ограды. Венки выстроены в ряд, один дороже другого.

Нихрена себе «узкий круг семьи».

Сама Элона стоит у изголовья могилы. Чёрное платье в пол, чёрная вуаль, чёрные перчатки. Идеальная вдова из фильма. В руках платочек.

Мы со Стефанией подходим последними. Охрана расступается. Люди оборачиваются, шепчутся.

Элона поднимает голову. Она видит меня. Потом Стефанию. И на секунду замирает.

Маска скорби тут же слетает с её, безусловно, красивого лица. Цепкий взгляд тут же выцепляет мою ладонь на спине Стефании. Бровь чуть приподнимается, но это замечаю только я.

Теперь она смотрит на меня.

Я смотрю в ответ и всем своим видом даю понять, что не дам в обиду дочь Лазаря.

Уголок накрашенных губ Элоны чуть дёргается и она отворачивается первой. Прижимает платочек к щеке, вздрагивает плечами и поворачивается к подошедшему мужчине, принимая соболезнования.

Стефания выдыхает. Только теперь я замечаю, что её пальцы вцепились в мой рукав.

— Всё хорошо, — говорю тихо, не глядя на неё.

— Нет, — шепчет она. — Но спасибо.

Когда всё заканчивается, люди медленно расходятся. Элона уходит одной из первых, в окружении сочувствующих, не оглянувшись. Я провожаю её взглядом, пока она не скрывается за воротами.