» Любовные романы » Любовная фантастика » » Читать онлайн
Страница 66 из 102 Настройки

У него громко урчит в животе.

— Что, блядь, это было? — спрашивает он с некоторой тревогой.

Или настолько тревожно, насколько вообще способен звучать такой невозмутимый мужчина, как Тристан.

Я мгновенно и от души начинаю хохотать. Уголок его рта приподнимается: его забавляет моя реакция.

— Думаю, ты голоден, — говорю я.



Тристан ходит за мной по кухне.

Учитывая, что мужчина десятилетиями не ел ни единого нормального блюда, я решаю не мелочиться и приготовить нам огромный завтрак. Толсто нарезанный бекон запекается в духовке, становясь хрустящим до ломкости. Варится кофе. Я стою у плиты и пеку блины, а Тристан стоит позади, положив руки мне на талию и заглядывая через плечо, пока я выкладываю порцию теста на раскаленную чугунную сковороду.

Я готовлю не слишком аккуратно. Более того, на кухне я настоящий хаос и обычно предпочитаю убираться уже после еды. Судя по всему, Тристан устроен иначе, потому что, следуя за мной по пятам, одновременно убирает за мной.

Он отодвигает миски от края столешницы, вытирает пролитое и выбрасывает мусор по мере его появления.

— Ты и раньше так делал, когда я тебя еще не видела? — спрашиваю я, когда он хватает кухонное полотенце и, протянув руку мимо меня, вытирает струйку теста, стекающую по стенке миски.

— Наблюдал за тобой, пока ты готовила?

— И убирал за мной.

— Конечно. Ты самый неряшливый человек из всех, кого я когда-либо встречал.

— Сильные слова от мужчины, которому сейчас достанется лучший завтрак за всю его жизнь после загробной жизни. Могу вообще ничего тебе не дать и заставить снова смотреть, как я ем.

Он стонет и прижимается ближе.

— Образ того, как ты слизываешь с ложки пирог и мороженое, навсегда запечатлелся у меня в памяти.

— Значит, вся эта еда только для меня? — дразню я, переворачивая блины лопаткой.

Я чувствую, как он собирает мои волосы в кулак, один раз обматывает вокруг руки, убирает их с шеи и слегка тянет, заставляя меня повернуть голову в сторону и открывая ему доступ к горлу. Он прижимается к нему губами. По спине пробегает дрожь. Не знаю как, но Тристан, похоже, умеет находить именно то место, прикосновения и поцелуи к которому особенно приятны. Будто у него есть радар, настроенный на самые чувствительные участки моей кожи.

— Я предложу тебе сделку, — бормочет он, слегка прикусывая место, где бьется пульс.

— Ммм? Какую?

— Мою бесконечную преданность. Со мной можешь получить все, чего захочешь.

— А взамен?

— Завтрак, — говорит он, просовывая руку в разрез халата и касаясь голой кожи под ним.

— Похоже на честную сделку. Блины в обмен на поклонение.

— Значит, договорились?

— Договорились.

Я поворачиваю голову и скрепляю нашу сделку поцелуем.

Мы садимся за стол, и я с улыбкой наблюдаю, как он накладывает на тарелку столько еды, что она вот-вот начнет переваливаться через край. Я передаю ему блюдце с темно-желтым сливочным маслом и бутылку местного кленового сиропа, и он готов отведать первый идеальный кусок.

Интересно, что значит быть настолько голодным, настолько долго лишенным еды, а потом вдруг увидеть перед собой все это. Каково это — помнить еду и вкус лишь по воспоминаниям, а затем наконец снова попробовать их. Интересно, чувствовал ли он то же самое прошлой ночью, когда получил возможность прикасаться ко мне. Хотя нет. Я знаю, что чувствовал. Это видно по его лицу: восторг, благодарность и неверие.

Когда Тристан пробует первый кусочек, глаза вспыхивают, а затем закатываются от удовольствия.

— О боже, Деми, — стонет он с набитым ртом.

Грудь распирает от гордости. Мне нравится делать его счастливым. Есть особое удовольствие в понимании того, насколько серой была его жизнь в облике призрака, и теперь видеть, как с каждым новым ощущением в нем постепенно появляется цвет.

После всего, через что ему пришлось пройти, Тристан Бомонт заслуживает всего счастья на свете. Приятно быть той, кто может ему его подарить.

— Тебе нравится? — спрашиваю я.

— Больше чем нравится, — отвечает он, запихивая в рот еще один кусок. — Я люблю это.

 

 

30



 

 

Тристан

Мне тяжело ее отпускать.

Деми всего лишь едет в город — заглянуть на рынок и проверить, как дела в магазине. Я мог бы предложить поехать вместе, но сейчас середина дня, и я знаю, что она пока не готова знакомить меня с семьей. Они наверняка где-то в центре и легко могут нас заметить. Да и, если честно, не думаю, что я сам уже успел настолько осознать, что снова жив, чтобы общаться с людьми и отвечать на вопросы.

Но все же сегодня утром я не лгал, когда сказал, что никогда не захочу перестать ее касаться.