» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 48 из 127 Настройки

И с ужасом, пронизывающим меня до глубины души, осознаю, что, когда дело касается мужчины, в чьих объятиях я сейчас нахожусь, у меня больше нет сил возводить эти стены заново.

Я больше не хочу их возводить.

 

Глава 27

Рокси

Несколько дней спустя

— Я почти уверена, что твои мозговые клетки до сих пор спят. Иначе я не могу объяснить, как тебе удалось испортить такой простой заказ торта, — огрызаюсь я на девушку, которая смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

Неужели так сложно записать: ванильный бисквит с абрикосовым джемом? Насколько трудно выполнить две простые инструкции? Двухъярусный торт с правильной начинкой. Черт возьми, никто не способен нормально выполнять свою работу.

— Простите, заказ поступил в последний момент...

Ее заикание заставляет меня глубоко вдохнуть.

— Иди и найди мне абрикосовый джем. Мне плевать где. Но рядом с каждым кусочком торта должна лежать чайная ложка джема. Ясно?

Она судорожно кивает и выбегает из комнаты.

Я прижимаю ладонь к виску, напоминая себе, что некомпетентные люди встречаются повсюду.

— Ты ничего не можешь сделать правильно.

Голос Иветт заставляет меня вздрогнуть. Потому что я начинаю превращаться в нее. Потому что меня мгновенно захлестывает сожаление о том, как я разговаривала с той девушкой. И все лишь потому, что проклятый голос в моей голове никак не замолкает, когда что-то идет не идеально.

В следующую секунду в дверном проеме появляется голова Луны.

— Рокси, ты выглядишь просто потрясающе! — раздается за моей спиной голос подруги, пока я рассматриваю свое отражение в зеркале.

Я выгляжу... У меня даже слов нет. Свадебное платье А-силуэта украшено кружевом на лифе. Рукава мягко спадают с плеч, вырез в форме сердца подчеркивает грудь, а разрез на юбке открывает загорелые ноги.

Последний штрих — туфли, но я решила воспользоваться оставшимися мгновениями и дать ногам немного отдохнуть.

Луна подходит сзади и нежно обнимает меня, и на долю секунды я чувствую, как глаза наполняются слезами. Что, черт возьми, со мной не так, раз я стала настолько сентиментальной? Ведь все это ненастоящее.

— Только без сентиментальностей, ладно? Мы обе знаем, почему происходит это мероприятие, и в нем нет ничего романтичного, — прямо говорю я ей, хотя выражение ее лица свидетельствует об обратном.

Почему я веду себя как последняя стерва?

— Как скажешь, но выглядишь ты все равно великолепно. Дэмиену понадобится операция на открытом сердце, когда он тебя увидит, — заканчивает она со смехом.

— С моим везением оперировать его придется мне, так что ему лучше оставаться здоровым, — отвечаю я, пытаясь изобразить улыбку.

Помогая мне закрепить в волосах заколку — единственную вещь, оставшуюся у меня от матери, — Луна затем уходит проверить последние приготовления в саду.

Когда раздается стук в дверь, я почти уверена, что кто-то перепутал цветочные композиции, поэтому не сдерживаюсь:

— Клянусь, если вы поставили белые розы вместо...

Но, обернувшись, я встречаюсь с парой ореховых глаз, смотрящих на меня словно завороженно.

— ДЭМИЕН! Видеть невесту до свадьбы — плохая примета! Если из-за тебя меня будут преследовать неудачи долгие годы, я потребую солидную материальную компенсацию.

Пока я возмущаюсь, он остается совершенно неподвижным. И это начинает меня нервировать.

В руке у меня туфля, которую я уже готова запустить ему в голову, но, заметив выражение его лица, опускаю руку. И краснею. Какого черта я краснею?

— Ты выглядишь... — начинает он, но замолкает, сжав губы, словно не может подобрать слов.

— Прости, если я не оправдала твоих ожиданий или если твои гости решат, что я выгляжу слишком простенько, — отвечаю я, чувствуя, как щеки заливает жар.

Ненавижу ощущать себя такой уязвимой. Какая разница, если ему не нравится платье? Какая разница, если ты им не понравишься? Ты даже собственной семье не нравишься. С чего бы чужим людям, которые тебя совсем не знают, относиться к тебе иначе?

— Как единственная звезда на небе, — наконец произносит он, и я хмуро поворачиваюсь к нему. — Ты выглядишь... Черт, Роксана, в моем словарном запасе нет слов, способных передать, насколько ты прекрасна. Назови самые редкие сокровища на земле, собери их все вместе — и тогда поймешь, что я чувствую сейчас, глядя на тебя.

Что-то внутри меня, до сих пор ощетинившееся и напряженное, смягчается, когда я позволяю себе внимательно посмотреть на него. На нем черный костюм с бордовой бабочкой. На щеках виднеются эти чертовы ямочки, в ухе поблескивает серьга, а татуировки так резко контрастируют с белой рубашкой, что я неожиданно для самой себя шепчу:

— Ты и сам выглядишь вполне неплохо.

На его лице расплывается эта дурацкая ухмылка, и я не могу отвести взгляд. Он выглядит моложе, словно с его плеч свалился какой-то груз, и эти проклятые бабочки снова начинают порхать у меня в животе.