Других машин здесь нет, только сорняки, простирающиеся до самого горизонта. Я прохожу несколько метров, пытаясь заметить хоть какие-нибудь признаки чужого присутствия.
Легкий ветерок бросает мне на лицо несколько прядей волос, и именно в этот момент я слышу крик.
Первым порывом хочется позвать Сергея, но теперь совершенно ясно, что мы здесь не одни.
В следующую секунду мой телефон вибрирует, и я почему-то сразу понимаю, что это Роман.
Одной рукой я вытаскиваю пистолет из-за спины, а другой прижимаю телефон к уху, зажав его между плечом и щекой.
— Мы на месте. Других машин не видно, Сергей внутри фабрики. Я слышала один крик.
— Это психопат, который преследует Рокси.
Человек, убивший ее мать. Человек, убивавший других женщин. Кровавый Георгин. На долю секунды мое тело цепенеет, но я уверена, что именно такой реакции он от меня и ждет.
Вся эта ловушка была устроена ради того, чтобы привлечь внимание Рокси, а я оказалась идеальной приманкой. Поэтому я расправляю плечи, крепче сжимаю пистолет и отказываюсь доставлять ему удовольствие, показывая свой страх.
Добравшись до входа в фабрику, я на мгновение останавливаюсь, пытаясь успокоить нервы.
— Луна, — напряженно произносит Роман.
Потому что он уже едет сюда. Потому что он всегда придет за мной. Потому что, в какую бы пропасть я ни упала, я знаю, что он будет рядом и вытащит меня. Мне нужно лишь продержаться достаточно долго.
— Я люблю тебя, — шепчу я.
И он понимает, что бесполезно приказывать мне оставаться на месте.
Не тогда, когда жизнь Сергея под угрозой.
— Даже не смей говорить это так, словно есть хоть малейшая вероятность, что ты больше не сможешь сказать мне эти слова в лицо.
— Ты меня найдешь.
И хотя мне ужасно не хочется, приходится завершить разговор и сосредоточиться на том, что происходит вокруг.
— Всегда.
Тот же ответ, который он дал мне год назад.
Дверь фабрики распахивается с пронзительным скрипом ржавых петель, и этот звук разносится по пустому помещению, словно кто-то проводит ногтями по школьной доске.
Под ногами шуршит песок, пока я пытаюсь рассмотреть все, что находится слева и справа. Посередине я замечаю кровавый след и направляюсь к нему.
Никаких других следов на песке нет, и я не могу понять, что, черт возьми, здесь произошло. Затем что-то мокрое капает мне на щеку, и каким-то образом я понимаю, что это, даже не притронувшись.
Надо мной висит тело. Мужчина лет сорока, с каштановыми волосами, одетый в белую рубашку, насквозь пропитанную кровью в области живота.
Кажется, я нашла подрядчика.
Справа раздается какой-то звук, и я резко разворачиваюсь всем телом.
— Брось пистолет, Луна.
Искаженный голос эхом разносится по фабрике, и мне приходится подавить дрожь.
Я обвожу взглядом бетонные стены и ржавые оконные рамы, пытаясь определить, откуда доносится голос.
В этот момент дверь фабрики громко скрипит. Я оборачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с белой маской. Передо мной стоит высокий мужчина в черном пальто, и я, не колеблясь, поднимаю пистолет.
Мой палец нажимает на спусковой крючок, но мужчина бросается в мою сторону, и пуля пролетает мимо, ударяясь в стену позади него. Я стреляю снова, но он уже движется, уклоняясь так, словно точно знает, куда я собираюсь выстрелить.
— Мне нравится, когда они не сдаются. Нравится, когда не подчиняются приказам. Гораздо приятнее вонзать нож в кожу той, которая сопротивляется.
И прежде чем последнее слово слетает с его губ, он набрасывается на меня.
Мое колено врезается ему в ребра. Используя все приемы, которым меня научил Сергей, я пытаюсь вырваться, но в процессе пистолет выскальзывает из моей руки.
Черт.
Я знаю, что Роман уже едет. Знаю, что с минуты на минуту здесь окажется половина русской мафии, поэтому на мгновение пытаюсь взять себя в руки.
Паника сжимает грудь, словно железный кулак, но я заставляю себя сосредоточиться на деталях. Его пальто выглядит дорогим, возможно, шерстяным. Рост — не меньше метра восьмидесяти.
Его голос больше не искажен. И звучит он... молодо? Может, ему двадцать? Тридцать?
Заметив, как он заносит кулак, я пригибаюсь и, навалившись на него всем своим весом, отталкиваю от себя. Но тут же чувствую, как что-то режет мне ногу.
— Теперь я понимаю, почему вы с ней подруги. Интересно, Рокси будет сопротивляться так же отчаянно, как ты? — спрашивает он и смеется.
— ХВАТИТ! — раздается откуда-то сверху искаженный голос.
Их двое. Двое мужчин.
— Где Сергей?
Я наблюдаю, как молодой мужчина изучает меня, и понимаю: если бы я могла видеть его глаза, то наверняка разглядела бы в них хищника.
— ПЕРЕДАЙ РОКСИ, ЧТОБЫ ОНА ОТМЕНИЛА СВАДЬБУ С ЭТИМ УБЛЮДКОМ! ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ РАЗ, КОГДА Я ПРОШУ ПО-ХОРОШЕМУ! — пронзительно выкрикивает искаженный голос.
Так вот в чем дело. В свадьбе Рокси и Дэмиена.
— Где Сергей? — повторяю я.