Прежде чем я успела спросить, Хэм продолжил.
— У нас с ней были хорошие моменты , и, судя по ее характеру, я подозревал, что это никогда не закончится. Никогда не думал, что она остепенится. Я был у нее единственным, но она симпатичная женщина, так что я подозревал, что настанет время, когда она может завести кого -то еще, но не остепениться. Я думал, что у меня есть эта безопасность с Феб , и я никогда ее не потеряю. Но я ее потерял, и это подкосило меня, и это случилось до того, как меня настиг Лоу.
Он сделал паузу, но я ничего не сказала , и он продолжил.
— У нас состоялся разговор , я никогда его не забуду, и последними ее словами была фраза: «Найдешь себе женщину, не стой и не смотри, как она уходит». А я лишь мог думать о том, как много раз заставлял тебя смотреть, как я ухожу.
Считая, что Хэм все еще сходит с ума по Фебрари, я ожидала услышать совсем не это.
Настолько не это , что у меня открылись глаза.
— А потом стало еще хуже. Я подумал о том единственном случае, когда наблюдал за тобой, когда ты сделала то же самое, что и Феб, — то, что, как я знал, ты, в конце концов, сделаешь, — пошла к тому, что ты заслуживала найти, к человеку, который сделает тебя счастливой. А я стоял и смотрел, как ты уходишь, и размышлял , как легко было уходить от тебя, потому что я всегда знал , что вернусь. Но меня убивало смотреть, как это делаешь ты, поскольку я считал, что никогда не смогу вернуть тебя.
Боже мой.
— Хэм…
— Фебрари Оуэнс — хорошая женщина. Она была добра ко мне. Я был добр к ней. И она мне небезразлична. Но она никогда не будет моей, и было ужасно терять ее, но если подумать, я предвидел это в глубине души с того момента, как встретил ее. И именно поэтому я начал с ней отношения. Но, печенька, ты была моей с того момента, как я тебя встретил. Это многое для меня значило. Пока в моей жизни не наступил момент, когда я смог дать тебе то, что ты должна была иметь, и мне повезло, что ты была доступна для этого. И в этом заключается большая разница, которую ты должна понять.
Я снова попыталась вмешаться.
— Дорогой…
Не получилось.
— И мне не нравится думать о ней, потому что, как я уже сказал, это отстойно — потерять ее. Ее мужчина не из тех, кому понравилось бы мое вмешательство. Но я должен сказать тебе, есть нечто большее. И не в хорошем смысле. Ч еловек сошел с ума и пошел на убийство ради нее. Она потеряла людей, которые были ей дороги, и не просто, тихо и незаметно. Она видела, как кого -то застрелили. В идела, как умирает ее друг. Она должна жить со всем этим и делать это, когда репортеры и писатели дышат ей в затылок, зная, что из этой неразберихи будут снимать фильмы, а по телевизору покажут документалистику. Ты заботишься о ком -то , хочешь быть рядом с ним, и это тот случай, когда я хотел бы быть рядом с ней. Я не могу, и, детка, это тоже больно.
— Малыш… — попыталась я снова.
Но Хэм продолжал.
— Так что я не хочу говорить о ней, потому что потерял ее, и она что -то значит для меня. Но тебя это расстраивает, поэтому, пожалуйста. Главное, что ты должна вынести из всего этого: Феб — это не ты. Она никогда не была моим выбором. Она никогда не была бы там, где ты сейчас. Она бы не смогла дать мне все это. И я всегда это знал. А еще я всегда знал, с того самого момента, как впервые попрощался с тобой, что я придурок, потому что уезжал от лучшей женщины , которую когда -либо знал. Прошли годы, Зара, а ты все еще та женщина. Просто теперь я никогда не уеду. Я никогда не оставлю тебя и не позволю тебе оставить меня.
Он, наконец, замолчал, но я не могла заговорить.
Я не знала, что сказать.
Но понимала одно: быть лучшей женщиной из всех, кого он когда -либо знал, было намного лучше, чем быть просто женщиной, о которой он заботился. И его обещание , что он никогда меня не оставит , тоже было не лишним.
Но он так и не признался мне в любви.
С другой стороны, я была Зарой С андерс, и пока я не стала достаточно взрослой, чтобы заводить друзей, только один человек в моей жизни любил меня по -настоящему, полностью и безоговорочно. И хотя она неоднократно принимала на себя побои, предназначенные мне , в конце концов, она заставила меня наблюдать, как она проходит через наркоманию , неоднократные пустые связи , которые ничего не значили, и, наконец, заставила меня наблюдать, как она, по сути, умирает. Но она никогда не переставала любить меня.
Так что мне, наверное, стоит научиться принимать то, что я могу получить.
— Ты слышишь меня? — спросил он, когда я ничего не ответила.
— Да , — проговорила я и почувствовала, как он испустил долгий, тихий вздох.
Больше я ничего не сказала. Хэм тоже молчал.
— Ты дерешься нечестно, печенька , — мягко сказал он.
— Конечно. Когда то, за что я воюю, имеет значение , — ответила я.