Ниссара скалит зубы. Удивительно, но при всей её свирепости и внушительном виде мне совсем не страшно, когда она так смотрит на меня. Её злость направлена не на меня, а скорее на тех, кто причинил мне зло. Не понимаю почему, но я невероятно благодарна за то, что она на моей стороне.
— Надо их съесть, — ворчит она.
— Она то появлялась, то исчезала. Наверное, искала тебя, — говорит Магнетта. — Она чертовски страшная, — шепчет она.
— Что они сделали? — снова спрашивает Ниссара. Хотя «спрашивает» — слишком мягко сказано.
— Со мной всё хорошо. Правда. Не волнуйся, — отвечаю, пытаясь её успокоить.
Она снова фыркает и ещё сильнее скалит зубы, но меня это не пугает. Зато я слышу, как Магнетта ругается и отступает на шаг.
— Что они сделали? — повторяет Ниссара.
— Это была всего одна ведьма из Высшего совета. Она заперла меня в комнате, несколько дней держала со связанными руками и надела на шею какой-то металлический ошейник, из-за которого мои силы исчезли, — рассказываю я.
Из ноздрей Ниссары вырывается дым, но она молчит, ожидая продолжения.
— Ей нужен клинок моей матери, но я не знаю зачем. — Я пожимаю плечами. — Только я могу получить доступ к тому, что в нём скрыто, но она, похоже, считает, что если ударит меня этим клинком, то получит достаточно моей крови, чтобы увидеть послания.
Не думаю, что это правда. Разве что она сможет читать мои воспоминания в тот момент, когда они возникают. А с тех пор как ко мне вернулись силы, она, похоже, больше не может проникать в мои воспоминания. Значит, если только она не собирается снова лишить меня магии, а потом пустить мне кровь… Наверное, это может сработать. Но проверять мне совсем не хочется.
— Что она сделала с тобой? — фыркает Ниссара. — Не смей лгать мне, дитя.
— С помощью магии она вытащила мне почку и истязала остальные внутренности. Снова и снова, надеясь, что я отдам ей то, чего она хочет, — наконец признаюсь я.
— Злобные суки, — рычит Магнетта.
Я чувствую лёгкое прикосновение к ноге и опускаю глаза на Серена. Наши взгляды встречаются, и я вижу в его глазах тревогу. Провожу пальцами по его шерсти, давая понять, что теперь со мной всё хорошо. Но Ниссара хмурится.
— Похоже, мы с волчицей в этом согласны. Как только они выберутся из своего маленького убежища, я съем их всех, — заявляет Ниссара и исчезает прямо у нас на глазах.
— И после этого они ещё смеют называть животными нас, — фыркает Магнетта.
Я опускаю взгляд на Серена, пряча усмешку, ведь сейчас он как раз в облике зверя.
Оглядываюсь по сторонам. К счастью, мой дом никогда не стоял в оживлённом месте, так что можно не бояться, что кто-нибудь пройдёт мимо и увидит огромного волка или дракона. Уверена, люди бы перепугались.
Глядя на руины дома, который когда-то называла своим, я понимаю, что пора двигаться дальше. Нельзя возвращаться сюда снова и снова. С детством в этих стенах связано немало прекрасных воспоминаний, но здесь же было столько лжи и обмана со стороны тех, кто жил рядом со мной. Людей, которых я больше не называю семьёй и друзьями. В мире ведьм я даже думала, что, возможно, обрету новый дом там. Да, я не похожа почти ни на одну из местных ведьм, но моя мать была ведьмой.
— Мне нужно к вампирам, — говорю я, и Магнетта напрягается.
— Тебе нравится, когда тебя пытают? Потому что, по-моему, вся твоя жизнь теперь состоит из пыток, — говорит она, и её слова больно задевают меня. Я ведь не просила об этом. Не говорила: «Эй, я не такая, как все, давайте издеваться надо мной». Нет. Это они преследуют меня и отнимают у меня всё. Я понятия не имею зачем, но собираюсь выяснить.
— Мне нужно вернуть свой клинок. Он у Эбигейл.
Магнетта ахает.
— У Эбигейл? У той сумасшедшей ведьмы, которая помогает вампирам? — потрясённо спрашивает она. — Чёрт. Твоя кровь будет для них как маяк. Сама их к тебе приведёт.
Серен вновь принимает человеческий облик и смотрит на меня тёплыми карими глазами.
— Эбигейл ничуть не лучше своей сестры.
— Я знаю, Серен. Но она забрала мой клинок. Я уверена. — Другого объяснения, куда он делся, у меня нет. Когда я пошла в душ, нож ещё был на месте. Потом появилась она, а после её ухода он исчез.
— Может, ты и стала сильнее, девочка, но у неё больше опыта, — предупреждает он.
— Знаю. Но если возникнут неприятности, я смогу оттуда выбраться. После того как верну клинок.
— Я иду с тобой, — заявляет он.
— Нет, тебе лучше остаться. — Качаю головой. — Не хочу, чтобы из-за меня погиб ещё и ты, — говорю я, бросив взгляд на могилу Митчелла.
— Вампиры терпеть не могут кровь оборотней. Они избегают её любой ценой. — Он улыбается. — Так что я иду.
— Чёрт, мы так и будем раз за разом бросаться в самое пекло, да? — говорит Магнетта и выпрямляется, готовая отправиться вместе со мной и братом.