И теперь этот подражатель валяет дурака, сводя нас с ума, приводя меня в бешенство. Я строил всё, чтобы засадить этого высокомерного мудака в тюрьму, но по мере того, как преступления продолжаются, общественное мнение выдвигает гипотезу за гипотезой относительно невиновности нашего подозреваемого.
Я в одиннадцатый раз прокручиваю видео с камер наблюдения перед башней Колумбия Тауэр, внимательно изучая каждый уголок экрана. Но камера направлена больше в сторону улицы и здания и не фиксирует дерево и кусты, где было найдено тело.
Мы можем лишь мельком увидеть несколько ветвей и… Ждать. Крошечный уголок чего-то. Багаж?
Моё сердце подпрыгивает в груди от волнения, и мои отяжелевшие веки внезапно распахиваются. Я лихорадочно увеличиваю пиксельное изображение, пока крошечное колёсико чёрного пакета не занимает весь экран.
Если мы сможем найти модель багажника на колёсиках, то сможем составить список всех предметов, проданных в этом районе за последний год или около того. Это, конечно, было бы иголкой в стоге сена, но это стоит усилий. Мы должны остановить этого сукина сына. Он и его грёбаный главарь.
Один уже заперт в психушке, в то время как другой всё ещё на свободе. Если я поймаю второго и предъявлю обвинения им обоим, моё имя будут помнить вечно. Детектив, который остановил Убийц-Блендеров.
Гордость наполняет мою грудь, и ухмылка кривит мои губы от возбуждения. Все эти годы попыток создать респектабельное имя были бы наконец вознаграждены.
Мне похуй, если я отправлю невиновного человека в тюрьму. Деон Найт не святой. Я чувствую это всеми своими костями. Этот ублюдок с его манипулятивной, харизматичной аурой опасен. И если он способен выворачивать мне кишки от беспокойства, когда я вижу его, я не сомневаюсь, что он может сделать то же самое с этим очаровательным маленьким психиатром, который следит за его делом.
Она осмелилась спровоцировать меня, бросив вызов моей власти, как будто хотела защитить этого монстра, её голубые глаза горели диким огнём. Я бы с удовольствием засунул свой член ей в рот, чтобы заставить её замолчать. Я уверен, что маленькая извращённая сучка согласилась бы с этим, так как я уверен, что на ней безумно приятно ездить. Тот, который бывает хотя бы раз в жизни.
Мой член твердеет при этой мысли, и желание подрочить на мысленный образ её великолепной задницы слишком соблазнительно. Когда я окидываю быстрым взглядом опустевший офис, мои пальцы судорожно тянутся к ремню. Моё сердце учащённо бьётся, волнение и адреналин разогревают мои вены. Я расстёгиваю кожаный ремешок и расстёгиваю молнию, нетерпеливо стягивая боксеры, чтобы схватить свой член.
Однако, как только я начинаю накачивать его, закрывая глаза, погружаясь в свои грязные фантазии, тишину пронзает пронзительный звонок моего телефона, пугающий меня.
— Чёрт! — Я рычу, разочарование растёт во мне. Чертыхаясь сквозь зубы, я поправляю брюки, когда моё возбуждение спадает, затем раздражённо закатываю глаза при виде цифры. — Что?!
— Извините, что беспокою вас, босс, но это важно, — бормочет Торранс на другом конце провода.
Раздражение скручивает мои органы, и я огрызаюсь на него леденящим душу тоном.
— Говори.
— Владелец бара «Психо Киллер» нашёл удостоверение личности, покрытое следами крови, настоящей крови, возле мусорного контейнера снаружи здания. Он думает, что это от кого-то, кто был на вечеринке в честь Хэллоуина несколько дней назад. Похоже, у нас пропал человек, — объявляет он.
Моё внимание немедленно привлекается, моя спина выпрямляется от интереса.
— И кто это?
— Это декан Бишоп, сэр.
Глава 27
Эбигейл
Колеблюсь
Когда мы прерываем поцелуй, чтобы перевести дыхание, я точно знаю, что переступила профессиональную и личную черту, которую никогда не думала, что смогу переступить. Но даже несмотря на то, что леденящая душу история Деона, боль его потери и его горе всё ещё преследуют меня, я не могу не чувствовать внутренней потребности в нём.
— Пойдём, маленький кролик. Твоё дело — отвести меня в душ. Я уже два месяца заперт в этой дыре. Я позволю тебе оказать мне эту честь. — Деон ухмыляется, в его глазах появляется похотливый блеск.
Он притягивает моё обнажённое тело к своему, прижимая меня к своей обнажённой груди и почти пронзая меня своей стальной эрекцией. Моё сердце сжимается от этого ощущения, и я крепче сжимаю его плечо, царапая татуировку в виде змеи, затем откидываюсь назад, чтобы мой взгляд прошёлся по чёрным чернильным линиям.
— Что означают эти татуировки, Деон? — бормочу я, обводя контуры рисунков.
Он слегка напрягается под моим прикосновением, и его глаза смотрят на меня с такой интенсивностью, что я вздрагиваю.