» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 64 из 208 Настройки

Он продолжал сползать по стене, зажимая пах и глаз, когда в узкий коридор ввалились два безопасника — усатик лет сорока и молодой симпатичный парень.

Вот и все.

Жаль, не встретились с напарником Фрэнка — рыжим мудаком. С радостью бы сделала с ним то же самое.

Безопасники в шоке застыли перед решеткой. Их взгляды выцепили стилус в глазу коллеги, а когда опустились ниже, на пах… О! На лицах обоих во всей красе расцвел первобытный ужас.

Мужчины такие мужчины. Ничто для них по своей силе не сравнится со страхом за свои мелкие, жалкие стручки.

— Чего вы встали?! Быстрее! — завизжал Фрэнк и смачно брызнул фонтаном слюны.

Какая мерзость.

Пока усатик пытался попасть ключ-картой в замок, симпатяга наставил на меня пушку. Его глаза были полны паники, а рука с оружием тряслась.

Я улыбнулась ему во весь рот, и он щелкнул предохранителем.

Наконец дверь открылась. Усатик начал выволакивать тушу Фрэнка из камеры, не забыв перед этим поднять с пола пистолет.

— Врача! Позовите врача! — заорал он, усадив Фрэнка у противоположной стены, и кинулся закрывать дверь.

Симпатяга по-прежнему держал меня на мушке, прерывисто дыша. Я же больше не улыбалась, просто стояла и наслаждалась мучениями сукиного сына, стараясь запомнить этот потрясающий момент до конца жизни.

Когда Фрэнк потерял сознание, я даже расстроилась.

— Держи ее на прицеле, я за врачом! — приказал усатик и скрылся в коридоре.

Наступила блаженная тишина.

Ни визгов, ни суеты.

— Теперь тебя точно казнят! — озабоченным тоном сказал симпатяга.

— Шикарная новость.

Он посмотрел на меня с жалостью.

«Вот только давай без этого», — подумала я.

— Час назад пришел приказ — разместить тебя в лучших из возможных условий в тюрьме. А ты все испортила.

Что ж, ему удалось меня удивить. С чего такая честь?

Он начал цитировать статью из Свода законов:

— Нападение и нанесение телесных повреждений класса С…

— Да мне плевать! — перебила я. — Этот ублюдок изнасиловал мою подругу!

Произнеся это впервые вслух, я почувствовала, как внутри все обожгло от неистового желания зарыдать. Даже истекающее кровью тело Фрэнка больше не приносило удовольствия.

Безопасник замер от шока, но спустя несколько мгновений все же собрался и выдал:

— Мистер Гилберт порядочный гражданин!

Я ощутила свежую порцию гнева.

Вот он — очередной болтик в механизме правопорядка: ни черта не знает, не понимает и верит, что в этой гнилой системе есть достойные люди.

Видимо, мой взгляд был до того брезглив, что парень весь покраснел от возмущения. Его рука сильнее сжала пистолет.

Ну вот, сейчас этот дурень пристрелит меня…

Но вместо этого он глубоко вздохнул, снова моргнул, и его взгляд стал осмысленнее.

Послышались шаги.

Трое врачей во главе с усатиком заполнили узкое пространство коридора. Медики кое-как водрузили бесчувственную тушу Фрэнка на носилки и быстро удалились.

Усатик проводил их взглядом, а потом повернулся ко мне и обратился к симпатяге, не сводя с меня глаз.

— Рон, можешь идти.

Симпатяга бросил последний острый взгляд и ушел.

Я наконец-то расслабилась.

Находиться под прицелом — не самое приятное чувство.

— У вас есть дети? — неожиданно для самой себя спросила я.

Что-то в глазах мужчины показалось мне… правильным. Может, я ошиблась? И есть среди безопасников нормальные люди?

Усатик не изменился в лице. Судя по всему, он не собирался отвечать на вопрос, поэтому я почти сразу продолжила:

— Пять лет назад Фрэнк Гилберт вместе с напарником на моих глазах изнасиловал двенадцатилетнюю девочку…

Усатик насупил густые брови.

— Если в этом чертовом месте, — я оглядела пространство вокруг, — есть хоть один человек, кто правда хочет защищать граждан Слоуна… Я бы очень хотела, чтобы этим человеком оказались вы. Поэтому, если в вас есть хоть толика доблести, проведите расследование и посадите мразь на электрический стул, — из моих глаз брызнули слезы. — И постарайтесь сделать это как можно быстрее, чтобы стул еще не остыл после меня. Пусть он будет следующим. Я хочу встретить его на той стороне.

Сказав это, я рухнула на подобие постели, походящей больше на лежанку для приблудившегося пса, и отвернулась к стене.

От визгов Фрэнка разболелась голова.

Усатик постоял пару минут и, так и не произнеся ни слова, ушел.

Едва его шаги стихли, я метнулась к унитазу исторгнуть то небольшое содержимое желудка, что у меня было. Желчь выходила добрых пять минут, потом наконец отпустило.