По шее потек пот вперемешку с составом, щекоча кожу на краю маски. Я почесалась и подумала: «Может, уйти?» Глаза разбегались от количества тварей в здании.
Прикрыв веки, я послала в мышцы импульс расслабления. Натянутое, как струна, тело мешало трезво мыслить и сосредоточиться.
Я уже преодолела такой путь. Не время отступать! Все получится! Я сделаю это и попаду в отряд Райса, а потом прикончу ублюдка и всех его прихвостней.
Я опустилась к первой ловушке. Пальцы затряслись в бешеном ритме.
«Ладно, это просто адреналин. Сейчас тело выпускает лишнее», — сказала я себе, зная, что главное — с этим не бороться.
Я сжала кулаки на три секунды, разжала, повторила действие пять раз, и руки почти пришли в норму.
Давай!
Быстрым движением я сняла ограничитель на первом манке — он резво поскакал по зазубринам у основания. Подбежала ко второму, третьему. Ограничители срывались с тихими щелчками. Нажав на последний, я уже рванула вперед, но он отказался двигаться с места.
Заклинило!
Я цепляла его мокрыми пальцами раз за разом, но он не поддавался. Тогда я плюнула на него и рванула к пропускному пункту что было сил. Как только ноги остановились в дежурном помещении, раздался громкий хлопок. Я застыла у края окна, гипнотизируя взглядом здание.
БАМ-БАМ-БАМ!
Громкие глухие удары создавали вибрацию такой мощности, что даже я чувствовала ее! Прогнивший пол проседал при каждом толчке.
В здании центра началась суета. Зараженные рычали: одни неслись к выходу, другие вылезали из окон. Некоторые выпрыгивали с четвертого этажа и разбивались, коснувшись земли. Из-за хрупкости костей их конечности отлетали, словно у кукол на шарнирах. Они ползли в направлении манков, перебирая остатками рук, из которых текла темная густая кровь, и виднелось оборванное мясо. Из жутких пастей выходили ужасающие вопли.
Затем подключился второй манок. Сильные удары смешались с усилившимся ревом тварей. Я сжимала оконную раму, пока в груди зрела паническая атака, а ноги подкашивались.
Наконец все манки пришли в действие. Их удары оглушали вразнобой. Казалось, будто что-то взрывается, так тряслись и вибрировали стены и пол.
Зараженные посыпались из здания, как тараканы. Они верещали, толкая друг друга. Несколько особей упали, и другие твари задавили их. Кровь брызгала под их ступнями, когда мерзкие лысые головы взрывались, как пиньяты на детском празднике.
Никогда в жизни мне не было так страшно! Я не ожидала, что их будет столько!
Меня трясло от чавкающих звуков и разлетающихся во все стороны конечностей. А когда толпа поредела и из здания вылезли последние Люминофоры (я надеялась на это), я вышла из укрытия и на ватных ногах побежала внутрь.
Я ступала по кровавым лужам, стараясь не задевать ботинками оторванные гнилые ноги и руки с еще мерцающими красными венами. Те зараженные, от которых остались лишь жалкие куски, не обращали на меня внимания, полностью сосредоточенные на шуме манков.
Забежав на крыльцо, я схватила с расколотой плитки кусок плоти и начала размазывать кровь по груди, животу и рукам.
Какая мерзость!
Сквозь маску в нос проник сладкий трупный запах с яркой нотой железа. Из-за накатывающей тошноты меня бросило в ледяной пот. Дыша через рот, я зашла в здание.
Там меня встретила вонь плесени, но она не смогла соперничать с исходящим от моего жилета смрадом. Я включила на максимум фонарик на часах, прорезая темноту ярким белым светом. Внутри оказался просторный холл в бирюзовых оттенках и черных спорах грибов: вся мебель — стулья, ресепшен, стеллажи — была разворочена и проедена плесенью. Сверху свисали оборванные лампы с проводами. Я аккуратно ступала по воде, стараясь обходить дрейфующую потолочную плитку. Наверху зияли дыры, в которых просматривалось несколько этажей. Так вот откуда столько воды.
Я быстро завернула направо, разглядывая таблички на каждой двери. От нервов буквы расплывались, поэтому приходилось по несколько раз перечитывать. Обойдя все кабинеты на первом этаже, я не нашла то, что искала, и сильно заволновалась. Сердце пустилось вскачь от мысли, что все было зря.
Вернувшись в холл, я поднялась по лестнице на второй этаж, где звук манков стал менее слышен. Тут я сразу обнаружила стальную дверь с надписью «Архив». Ее верхний угол был покрыт темными пятнами, похожими на кровь, и глубокими бороздами от когтей. Металл оказался сильно отогнут, будто зараженный пытался проникнуть внутрь.
Рядом висел безжизненный электронный замок с толстой трещиной на экране. На всякий случай я дернула ручку, и она, ожидаемо, не поддалась.
Нужно было фокусироваться на решении простых задач, не давая страшным мыслям завладеть сознанием.
Я зашла в соседний кабинет, взяла стул, приставила его к двери архива и кое-как протиснулась в узкое отверстие.