Когда ноги коснулись пола, поднялось облако пыли. Фонарик часов осветил небольшую комнатку, где стояло несколько металлических стеллажей с маркированными коробками и контейнерами.
Я стала искать данные за 2052 год, когда на мир обрушилась Кровавая Пыль. Нужная коробка оказалась на втором стеллаже. Внутри лежали два жестких диска, несколько флеш-карт с номерами и странные плоские устройства, которых я никогда не видела. Жесткие диски в прочных боксах оказались в коробках, датированных годами позже.
В рюкзак полетели все находки, снова делая его непомерно тяжелым.
На мгновение я прикрыла глаза от радости, что все получилось. Оставалось дело за малым — выбраться из этого адского местечка.
Подтянув компьютерное кресло к двери, я аккуратно поставила рюкзак на стул снаружи, следом вылезла сама.
Снаружи стали затихать манки: сначала один, затем второй, через несколько секунд все четыре устройства перестали отбивать ритм.
Я замерла, прислушиваясь. Как назло, дождь прекратился, и теперь улицу разрезала тишина, нарушаемая лишь каплями, падающими в прогнившие дыры между этажами. Очень вовремя…
Пройдя по коридору, я спустилась по первой лестнице, и, когда сделала шаг на втором пролете, в холл с улицы зашли два гладких тела, рассекаемых красной сеткой. Я в ужасе застыла.
Люминофоры всегда возвращались к месту последней кормежки. Это нам рассказал инструктор Кроу. Поэтому твари столько месяцев вились у моста, из-за чего мы с Бесом не могли добраться до Слоуна.
Огромные Люминофоры стали хаотично бродить по холлу, периодически замирая и прислушиваясь. Они открывали рты, вытаскивали заостренные ярко-красные языки и водили ими в разные стороны, издавая низкое рычание. Скорее всего, они давно не ели, поэтому были слегка заторможенными и вялыми.
Я разжала зубы, которые вот-вот треснули бы от давления челюстей, и решила вернуться назад, чтобы вылезти через окно.
Медленно подняв ногу и также аккуратно поставив ее на ступень выше, я не спускала глаз с тварей. Вес тела еще не успел перенестись на стопу, как Люминофор с резким рывком повернул голову в мою сторону.
Казалось, его красные глазницы смотрели мне в самую душу, будто он правда меня видел.
Сердце стремилось вырваться из грудной клетки. Если он подойдет хоть на фут ближе, то обязательно услышит мой сумасшедший пульс. Я скосила глаза на циферблат, который от зрительного контакта засветился и показал сто десять ударов в минуту.
На занятиях Кроу я также выяснила, что у Люминофоров сердце бьется медленнее, чем у человека в расслабленном состоянии. Чтобы тварь приняла меня за «свою», на близкой дистанции одного маскировочного состава и вонючей крови было мало. Нужно снизить пульс. Поэтому Кроу учил нас быстрым техникам успокоения.
Рыча и слегка пошатываясь, Люминофор медленно подошел к основанию лестницы.
Воздух перестал проникать в легкие, еще немного, и у меня началась бы паническая атака. Я постаралась втянуть в себя воздух, уговаривая себя, что все это — симуляция, никаких зараженных здесь нет …
Все это время Люминофор вращал головой, стоя на месте и издавая гортанные звуки. Двумя пальцами я схватилась за рукоять складного ножа и дюйм за дюймом стала вытягивать его из жилета. Пот катился градом, застилая обзор, и, когда с последним мягким рывком нож оказался в скользких пальцах, тварь сделала шаг на первую ступень.
В это время пульс, опустившийся до отметки сто, резко подскочил до ста двадцати. Я напомнила себе, что у бегунов в покое пульс может снижаться до сорока ударов, и приказала себе дышать и расслабить мышцы. Тело слушалось с трудом, отказываясь выполнять команды в условиях реальной опасности, а не тренинга. Оно прекрасно помнило, как ощущаются острые когти и зубы тварей. И чтобы я не забывала, пустило болевые импульсы по каждой ране на руках и ногах.
Впереди что-то мелькнуло — у входа в здание остановился еще один Люминофор, загородив собой проход. Он скреб длинными когтями по дверному проему, пока изо рта капала ярко-красная слюна.
Совсем скоро вся та безумная орава вернется сюда…
Я вернула взгляд к своей главной проблеме — монстру, который сделал шаг ко мне. Мое тело вжалось в стену, а рука медленно раскрыла нож. Как хорошо, что я смазала его — лезвие выпорхнуло без единого звука.
Чтобы успокоиться, насколько это возможно в сложившейся ситуации, я вперилась глазами в вены на сером теле. Они мерцали завораживающими люминесцентными импульсами, гоняя патоген по телу. Часы показали, что пульс опустился до отметки «восемьдесят».
Все равно высокий.
Зараженный стал медленно подниматься по лестнице. Я приготовила нож, схватив его поудобнее.
Шаг. Еще шаг. До меня оставалось три ступени…
Я сильнее вжалась в стену, пытаясь слиться с ней в одно целое или провалиться через нее в другое измерение, где нет этого ада.
Люминофор сделал еще несколько шагов и остановился напротив, в чертовом футе от моего лица!
Я перестала дышать. Моргать. Существовать.