Его лицо искривилось от досады, но он коротко кивнул, подчиняясь. Мое внимание привлекло темное круглое пятно на полу. Опустившись на колени, я коснулся жидкости пальцами. Пальцы окрасились в ярко-алый.
Глаза невольно поднялись к потолку, как раз вовремя, чтобы заметить падающую каплю, которая едва не задела меня и упала точно в лужицу.
Черт. Мы нашли пропавших работников.
— Да защитит нас Владыка Небес! — закричал Тристан, беспомощно бегая взад-вперед с закинутой вверх головой.
«Арамаз тебе здесь не поможет», — едва не сорвалось у меня с языка, пока я скользил взглядом по бледным, искаженным от боли и ужаса, лицам и по неестественно вывернутым конечностям, словно насмехавшимся над нами. Они привязали пятерых смертных к потолку, образовав из тел кривую звезду. Последний из них — судя по всему, это был брат Тристана, — висел в самом центре, связанный по рукам и ногам теми самыми черными лианами, обрывок которых показала мне Рада, с него непрерывно капала кровь.
Чувство юмора у Дейры определенно не улучшилось.
— Зачем вешать их на потолок? — тихо спросила Рада, когда остальные присоединились к нам под громогласные возгласы и проклятия.
Я ответил столь же тихо, чтобы нас никто не услышал:
— Так ближе к небу.
Неподдельный ужас, промелькнувший на ее лице, дал понять, что она мгновенно уловила суть. Я был прав. У самой Дейры не хватило бы мощи создать бурю Хаоса одной. Но с помощью кинжала и — ужасающее зрелище наверху снова привлекло мой взгляд — правильного жертвоприношения ей удалось прорвать Завесу, позволив чужой магии просочиться наружу и буйствовать по всей земле.
— Он еще жив! — тревожный крик целителя вывел меня из задумчивости. Действительно, грудь Хендрика едва заметно поднималась, с разбитых губ слетал слабый шепот. Тристан мгновенно сорвался с места, вместе с высокой северянкой бросившись к сараю за приставной лестницей.
Когда он собрался карабкаться наверх, я перехватил его за руку.
— Воздухе еще полон Хаоса. Если перерезать веревки слишком быстро, можно сделать только хуже.
Лицо Тристана помрачнело, в глазах вспыхнула решимость.
— Он мой брат, — прорычал он с ядом в голосе. — Я не позволю ему висеть здесь ни секунды больше.
Кто бы мог подумать. В Фермерском Парне оказалось куда больше твердости, чем я предполагал.
Я кивнул.
— Держись возле меня. Когда я перережу веревки, тебе придется его поймать.
Не теряя времени, я вложил меч обратно в ножны и быстро полез вверх по лестнице, которую держали двое солдат. Тристан карабкался следом. Чем выше мы поднимались, тем плотнее становилось присутствие Хаоса и неприятное покалывание перерастало в жжение. Судя по резкому вдоху, Тристан тоже это почувствовал, добравшись до верха. Я осторожно протянул руку и коснулся пальцами обугленных лиан.
Мою память тут же заполнили потоки образов, а кожу обожгло Хаосом.
Воздух рассекают черные лианы, впиваясь в мягкую смертную плоть с отвратительным влажным чавканьем, крики отражаются от холодных каменных стен. Мой собственный голос, ледяной и бесчувственный, звучит в голове: «Прекрасная работа, Дейра. Ты хорошо потрудилась».
Ореховые глаза сияют лихорадочной преданностью из-под темного капюшона, пока я с одобрением приподнимаю ее подбородок.
К горлу подступила волна тошноты и я крепче вцепился в перекладину лестницы, возвращая себе контроль.
— Мы можем его освободить? — встревоженно спросил снизу Тристан, заметив мою заминку.
— Это всего лишь эхо заклинания, — бросил я, отгоняя тени прошлого. Вытащив кинжал, я добавил: — Должно быть безопасно.
Легко сказать. Как только я разрезал первую лиану, на тунике Хендрика расцвели новые темно-красные пятна крови, а из потрескавшихся губ вырвался глухой стон. Пришлось действовать быстрее, потому что целитель должен был заняться им немедленно.
Сначала я освободил его ноги. Тристан перехватил и бережно поддержал тело брата снизу. Без помощи Кирея и ожидавших внизу солдат нам ни за что не удалось бы спустить Хендрика целым. Они подхватили обмякшее тело и аккуратно уложили на землю.
Как только над Хендриком склонился целитель, оценивая тяжесть его ран, тот внезапно очнулся. С поразительной прытью его руки взметнулись вверх и вцепились в воротник Кирея.
— Она здесь! — закричал он, притягивая Эйриса ближе, а его лицо превратилось в призрачную маску ужаса. — Она здесь, у меня в голове.
Он начал разрывать себе лицо, оставляя на коже кровавые полосы.
— Быстро! Помогите мне! — рявкнул Кирей солдатам, которые тут же перехватили руки Хендрика, не давая ему покалечить себя.
— Хендрик! — Тристан чуть не свалился с лестницы, безумно рванувшись к брату. Но помешанный от ужаса Смертный даже не узнал его. Его темные глаза ничего не выражали, пока он отчаянно бился в руках, державших его.
— Холодно, холодно, так холодно, — скулил он снова и снова, дрожа всем телом вопреки теплому летнему дню.