Я сделала вид, что его резкий комментарий меня не задел, и уже собиралась вернуться к своему красному мотоциклу, когда мой брат Коул поднялся на холм на ховербайке и припарковался прямо рядом с нами.
— Я слышал, что произошло. — Он перевел взгляд с Хантера на зеленый мотоцикл.
— И Хантер, и мотоцикл в порядке, — заверила я Коула, но он все равно подошел, чтобы осмотреть его.
— Эма, можно с тобой поговорить?
Мои плечи опустились, когда я подошла к нему.
— Прости.
— Старый трюк с грязью, да?
Я опустила глаза.
— Он сам напросился. — Мы разговаривали приглушенными голосами, пока я объясняла, как Хантер унижал меня весь день.
— Коул, — позвал Хантер.
Мы с братом обернулись.
— Да?
— Не мог бы ты объяснить мне, как получилось, что мотоцикл твоей сестры был намного быстрее моего?
Коул застыл рядом со мной.
— Я уверен, что тебе так только показалось.
— Нет, я ехал на полной скорости, и она все равно обогнала меня. Этого не должно быть.
— Может быть, это потому, что она легче тебя.
— Да, именно так, — пожала я плечами. — Так бывает.
Хантер подозрительно посмотрел на нас, когда мы повернулись к нему спиной.
— Скажи мне, что ты не активировала функцию скорости, — прошептал мой брат.
Мое молчание подтвердило это.
— Ты что, хочешь, чтобы нас поймали? Хватит этой глупой гордости. Мы не можем допустить, чтобы кто-нибудь узнал.
— Прости.
— Мне все равно, если тебе придется позволять ему побеждать в каждом соревновании с этого момента, только не ставь под угрозу наш совместный бизнес.
Когда я не ответила, Коул бросил на меня строгий взгляд.
— Скажи, что ты понимаешь.
— Хорошо, хорошо, я понимаю.
— Все в порядке? — голос Хантера прозвучал слишком близко, и, оглянувшись через плечо, мы увидели, что он незаметно приблизился к нам.
— Конечно. — Коул весело ответил и расплылся в улыбке. — Я просто ругал свою сестру за то, что она не уделяет тебе достаточно внимания. Это плохо для бизнеса, когда кто-то из посетителей получает травму.
Хантер скрестил руки на груди и посмотрел прямо на меня.
— Верно. Возможно, мне стоит упомянуть в моем следующем интервью о том, как ты издевалась надо мной.
Раздосадованная его словами, я шагнула ближе к нему, откинула голову назад и скрестила руки на груди.
— Хорошая идея. Просто попробуй рассказать им…
— Стоп, стоп. — Коул умиротворяюще рассмеялся у нас за спиной. — Не нужно никому об этом говорить.
Хантер понизил голос, чтобы слышала только я.
— Унизить меня было большой ошибкой, Ману. Они должны были предупредить тебя, чтобы ты не связывалась с мужчиной Севера.
Несмотря на то, что мой брат умолял меня с этого момента смирить свою гордость, я просто обязана была нанести Хантеру последний удар. Небрежно пожав плечами, я улыбнулась.
— Если под «они» ты подразумеваешь руководство, то я перестала слушать после того, как они пообещали нам, что ты великий спортсмен. Они были явно дезинформированы.
Глаза Хантера сузились, и он открыл рот, чтобы заговорить, но Коул встал между нами.
— Хантер, от имени парка, я приношу извинения за то, что у тебя были неприятные впечатления от езды на мотоциклах. Я был бы признателен, если бы это осталось между нами.
Хантер отвел от меня взгляд и повернулся к Коулу.
— Не волнуйся, я никому не собираюсь рассказывать.
Плечи Коула расслабились, и он с облегчением улыбнулся, когда взял Хантера за руку, чтобы пожать ее.
— Спасибо. Мы ценим это.
— Все, о чем я прошу взамен, — это чтобы Эмануэла принесла мне искренние извинения, потому что я, черт возьми, знаю, что она сделала это нарочно.
— О, я уверен, что она этого не делала, но извинение — это мелочь, так что, конечно… — Коул ободряюще посмотрел на меня. — Продолжай, Эма.
Мои челюсти словно приклеились друг к другу, когда я переводила взгляд с брата на Хантера. Я словно снова стала четырехлетней девочкой и меня заставляли извиняться за каждую мелочь, которая могла разозлить людей. Тогда я ненавидела извиняться, и слова не шли с языка.
— Эма, — тон Коула был повелительным.
— Прости. — От этих слов, казалось, ежик начал кашлять.
Хантер все еще стоял, скрестив руки на груди.
— Это прозвучало не очень искренне.
— Честно, Эма, ты могла бы постараться получше.
Я бросила на Коула неодобрительный взгляд, и он покачал головой.
— Я должен вернуться, но убедись, что Хантеру удобно, и искренне извинись перед ним, сестренка.
Мы с Хантером наблюдали, как Коул уезжает на ховербайке, и я надеялась, что он забудет об извинениях, но Хантера было не так-то просто отвлечь.
— Я все еще жду твоих искренних извинений.