— Похоже, голубки закончили любить друг друга. Нам лучше вернуться, пока Сталкер не отправил поисковый отряд, — добавляю я.
Мэттью осушает чашку залпом и встает.
— После вас, миледи.
— Миледи? Ты в порядке, Мэтт, или эта вещь под видом кофе что-то повредила в твоих старых серых клетках?
Я не удосуживаюсь сделать еще один глоток кофе, даже я не могу пожертвовать столь многим ради кофеина. Я люблю свои вкусовые рецепторы в целости, спасибо.
— Ты сказала, что я твой рыц... А... Хм... Прости... — Он проводит рукой по затылку в смущении.
Я не могу удержаться от взгляда на его грудь, когда его футболка слегка задирается. Теперь моя очередь поперхнуться.
— Прости, это была плохая шутка. — Робко добавляет Мэтт.
— Совсем не плохая. Вперед, сэр Мэттью. — Я делаю реверанс, наблюдая за ним все это время.
Он смеется и издает приглушенное ржание, изображая галоп из кофейни. У него есть чувство юмора — кто бы мог подумать?
Обратная дорога проходит мимо деревенской площади, где несколько детей гоняют мяч, несмотря на осенний холод. Мэттью идет рядом со мной своей легкой, размеренной походкой, которая говорит о том, что он всегда осознает свое окружение.
— Знаешь, — говорю я, проходя мимо церкви с ее древними каменными стенами, — я серьезно насчет предложения сходить в поход. Если ты когда-нибудь захочешь отдохнуть от присмотра за бывшими преступниками.
Мое заявление нарушает необычно приятную тишину, установившуюся во время прогулки рядом друг с другом.
— Присмотра за бывшими преступниками? — переспрашивает он, и в его голосе есть что-то, от чего я улыбаюсь.
Мы молчим до конца прогулки, но это комфортное молчание. Я украдкой поглядываю на него, замечая, как послеполуденный свет играет в его темных волосах. Его черты выглядят расслабленными и приветливыми, почти умиротворенными. Я знаю, что не должна смотреть, но не могу удержаться.
Когда поместье Себа появляется в поле зрения, я уже слышу голоса изнутри — смех Сафи смешивается с чем-то, подозрительно похожим на попытки Себа петь под музыку.
Подъем по длинной подъездной дорожке — которая обычно бесит меня до чертиков — на этот раз я ценю, потому что это позволяет мне насладиться последними мгновениями с Мэттью, прежде чем придется иметь дело с этими двумя внутри.
Когда мы подходим, я поворачиваю голову к Мэттью.
— Спасибо за кофе, было приятно узнать тебя немного лучше. Я просто хотела сказать спасибо.
Мое заявление, кажется, озадачивает Мэтта, так как он смотрит на меня с пустым выражением, но быстро приходит в себя. Как раз когда мы доходим до главной двери...
— Не за что, было приятно. Мне понравилась компания... кофе не очень. Но ты...
Мэтт не заканчивает фразу, но она говорит о многом.
Мэттью тянется к дверной ручке, как раз когда она распахивается, являя Себа во всем его послеоргазменном великолепии. Его волосы взлохмачены, рубашка застегнута только наполовину, и на его лице та самодовольная ухмылка, от которой мне хочется запустить в него чем-нибудь.
— Ну-ну, — тянет Себ, старый хрыч, прислонившись к дверному косяку, скрестив руки.
— Кого это принесло. У вас было приятное кофе-свидание? — Своей позой в дверях он напоминает взволнованного папашу перед первым свиданием дочки, наглый ублюдок... пошел на хер!
Я чувствую, как мои щеки заливаются румянцем при слове «свидание», хотя я знаю, что он просто дразнит нас.
— Это было не свидание, Сталкер. Мэттью спас меня от необходимости слушать, как ты и Сафи освящаете каждую поверхность твоего нелепо дорогого дома. — Резко отвечаю я.
— Мы освятили не каждую поверхность, — отвечает Себ с притворной серьезностью. — Пока. Но я открыт для новых вызовов, так что спасибо, я принимаю, Бет. — Добавляет Сталкер с подавленным смехом. Я задушу его, придурок!
Мэттью неловко прочищает горло.
— Все в порядке? Пока меня не было, никаких проблем? — спрашивает он.
— На западном фронте без перемен, — подтверждает Себ, отступая в сторону, чтобы впустить нас.
— Хотя Сафи спрашивала, куда исчезла Бет. Что-то насчет пиццы и девичьих разговоров. Предупреждаю — она заказала достаточно пиццы, чтобы накормить небольшую страну, и у нее тот решительный взгляд в глазах. — Добавляет Себ.
Как по волшебству, Сафи появляется в прихожей, буквально подпрыгивая от волнения. Ее волосы так же взлохмачены, как у Себа, и на ней одна из его рубашек, но она выглядит сияющей.
— Бет! Идеальный момент. Я заказала пиццу из того места, которое ты любишь, и у меня охлаждается вино. — Она подбегает и заключает меня в восторженные объятия.
— Как прошла пробежка? — спрашивает она, все еще сжимая меня в тисках.
— Я, вообще-то, не побегала, — признаюсь я.