— Это тоже было хорошо.
Мы оба оглядели царивший в комнате беспорядок. Кроватка была собрана наполовину и завалилась набок, а комод всё ещё представлял собой груду деталей в углу. День сложился совсем не так, как кто-либо из нас ожидал, но я не мог пожалеть ни о чём. Отец ушёл, навсегда исчез из моей жизни, и теперь я был свободен. Именно этого я и хотел, когда два месяца назад впервые появился в баре «Фрэнка». Пусть свобода оказалась немного не такой, какой я её представлял, но ощущение было просто невероятным.
Хотя нет, вторым по силе.
41. Сойер
Дата: среда, 19 мая
38 недель:
• Достаньте уже этого ребёнка из меня!
— Беккет, давай посчитаем от десяти до одного, хорошо? Глубокий вдох, выдох. Ты справишься. — Доктор Адлер смотрела на меня из пространства между моими коленями — а колени были чуть ли не у самых ушей, так что всё происходящее было как на ладони для всей комнаты. Жаль, что она такая милая — иначе мне было бы не так совестно за желание врезать ей по лицу. — На счете «один» — тужься, Сойер.
Я знала, что роды будут тяжёлыми, но мне казалось, что все сильно преуменьшали их сложность. Эпидуральная анестезия оказалась вовсе не тем волшебным спасением, каким её все расписывали, а постоянное пищание всех этих мониторов уже начинало действовать мне на нервы. Я понимала, что они необходимы, особенно чтобы следить за моим сердцебиением и сердцебиением малыша с учётом моего состояния, но мне хотелось, чтобы они хотя бы на секунду замолчали. Как, чёрт возьми, я должна сосредоточиться на том, чтобы вытолкнуть человека из собственной вагины, когда вокруг творится такое?
Последние четыре часа я провела лёжа на кровати, пока разные люди без конца тыкали в меня иголками и проверяли раскрытие шейки матки. Все твердили, как мне повезло, что организм так быстро реагирует на стимуляцию родов, но удачей тут и не пахло. Мы уже почти восемь часов находились здесь, ожидая, когда врач скажет, что пора.
Пока что единственным моим спасением был Беккет. Я понятия не имела, как справилась бы без него. Знала, что он, скорее всего, сам на грани паники, но ради меня держался изо всех сил.
Когда мы вышли из кабинета доктора Адлер после того, как она сказала, что хочет вызвать роды раньше срока, Беккет тут же засуетился: собрал сумки в роддом и допоздна пропадал дома с Лукасом и Дюком, чтобы закончить переезд. Каким-то чудом всё удалось устроить, и после выписки из больницы мы сможем привезти сына домой. Последние две недели пролетели сплошным вихрем. Всё происходящее казалось нереальным. Мне хотелось ещё немного времени, но его у нас не было.
— Посмотри на меня, сладкая, — прошептал он, удерживая мою ногу. Я сосредоточилась на его встревоженном взгляде, зная, сколько времени он провёл в переживаниях из-за этих родов. — Тужься, когда доктор скажет, хорошо? Я рядом. Я выдержу. Выложись на полную.
— Сам попробуй родить! — выдохнула я, вцепившись пальцами в поручень кровати. Когда я почувствовала приближение схватки, по щеке скатилась первая слеза. — Это как если бы тебе приспичило по-крупному сильнее, чем когда-либо в жизни, только ещё и больно.
Он поморщился, но ногу не отпустил.
— Знаю, знаю. Но ты справишься.
Он убрал волосы с моего лба и нежно поцеловал меня в колено.
— Скоро всё закончится. Ещё немного, и наш малыш будет с нами.
Чёрт возьми, надеюсь, он прав.
— Хорошо, Сойер. Ты справишься. Ну, начинаем, — сказала доктор Адлер. — Беккет, начинай считать.
— Не могу, — всхлипнула я. — Я не справлюсь.
— Сойер, ты должна, — предупредила доктор Адлер. — Иначе нам придётся делать кесарево сечение.
— Нет, нет, нет, — проговорила я, безвольно повернув голову набок. Я и этого не хотела, но понятия не имела, как вообще смогу справиться. Я уже была совершенно измучена. Как другие женщины выдерживают это часами?
Беккет оглядел палату и остановил взгляд на другой медсестре.
— Можете подменить меня? И можно ли отрегулировать кровать так, чтобы я мог сесть позади неё?
Медсёстры посмотрели на меня, ожидая подтверждения, и я энергично закивала. Не знаю, поможет ли это, но точно не навредит. Почувствовать крепкие руки Беккета вокруг себя было бы настоящим спасением. Они быстро всё устроили, помогая мне принять удобное положение, пока он забирался на кровать позади меня. Сначала было немного неудобно, но стоило мне прислониться спиной к его груди, как меня накрыло чувство спокойствия.
Он протянул руки, чтобы я взяла его за ладони, переплёл наши пальцы и слегка сжал их.
— Ты справишься, мамочка. Осталось совсем немного, хорошо? А потом сможешь отдохнуть.
Голос доктора Адлер привлёк моё внимание.
— Давайте попробуем ещё раз, хорошо? Пять, четыре, три, два, один.