» Разное » Боевик » » Читать онлайн
Страница 38 из 94 Настройки

— Мы с Ником над ним подшучивали, но потом стали с ним говорить, объясняя, что он тратил на плач столько времени, что мог бы за это же время просто всё сделать. Наверное, я хочу сказать, что Томми всегда был самым эмоциональным из нас. Папа любит называть его нервным. И, может, он и правда носит сердце нараспашку, но что бы он ни делал, он всегда вкладывает в это душу. Именно поэтому я знаю, что у них с Ребеккой будет отличный брак. Мы, Митчеллы, делаем всё на совесть, и, Ребекка, уверен, ты уже это знаешь — иначе не выходила бы замуж за этого балбеса. И хотя Томми до сих пор не перестал плакать — просто теперь из-за счетов, а не домашки, — он стал прекрасным человеком, который станет прекрасным мужем. Томми? Ребекка? Желаю вам всей любви и счастья на свете.

Митчелл едва успел допить шампанское, как музыка вновь заиграла, и чья-то рука вцепилась ему в запястье.

— Ах ты, скотина, из-за тебя я расплакалась.

Он поднял взгляд на влажные глаза Кристен Фицджеральд. Одна тягостная обязанность выполнена, осталась одна тягостная встреча.

— Потанцуй со мной, — потребовала она, вытаскивая его на танцпол прежде, чем он успел поставить пустой бокал. Она обвила его руками.

К счастью, диджей поставил балладу. Всё, что от него требовалось, — покачиваться взад-вперёд, пьянея от шампанского и духов Кристен.

Он избегал её весь вечер, несмотря на нытьё отца, и она делала то же самое.

Но срыв, конечно, был неизбежен.

Потому что, по компетентному мнению Митчелла, она была так же ослепительна, как всегда. Её клубнично-русые волосы были уложены в элегантный пучок, бриллиантовые серьги-гвоздики ярко вспыхивали. Бордовое платье с накидкой подчёркивало каждый изгиб её атлетичного тела.

— От тебя хорошо пахнет, — сказала она.

— Я принял душ.

— Ненавижу тебя, — вдруг выпалила она.

— Знаю.

— Не наступай на эти туфли. Они стоили мне больше сотни баксов.

— Ладно. Ты дрожишь.

— Заткнись. — Её взгляд опустился на его медали.

— Куда ты смотришь? Это просто кучка медалей.

— Ну да. — Она придвинулась ближе, положила голову ему на грудь. — Как будто мы снова на выпускном.

— Ага, я вчера ночевал в своей старой комнате. И, слушай, можно спросить кое-что? Почему ты вдруг так мила со мной?

— Не знаю.

— Что ж, мне нравится.

— Правда? Не привыкай.

— Смотри, вон мой отец. Наблюдает за нами, как ястреб.

— Он хороший человек.

— Я за него беспокоюсь. Он строит себе гроб.

— Он эксцентричный.

Митчелл кивнул.

— Знаешь, если мы ещё постоим здесь, о нас начнут судачить.

— Знаю. Когда у тебя рейс?

— Завтра утром.

Она подняла голову, встретившись с ним взглядом.

— Когда всё закончится, ты поедешь со мной домой.

— Вот как?

— Ты оспариваешь мой приказ?

— Никак нет, мэм.

— Тогда молчи и слушай, как я жалуюсь. Не могу поверить, что за все эти годы ты так и не научился танцевать.

Они были навеселе, но едва ли пьяны, когда покинули банкетный зал. Кристен отвезла их на своей маленькой белой спортивной машине к себе, в двухкомнатную квартиру, где также жили её две кошки.

У неё была массивная, в деревенском стиле мебель и слабость к клетчатому узору. Место казалось уютным и совершенно не сочеталось с её изысканным платьем и причёской.

— Мне нужно вернуться в дом к семи тридцати, — сказал он. — Нужно в аэропорт, вернуть машину и успеть на рейс.

— Завтра воскресенье. Не переживай. Я тебя отвезу.

— Кристен, мне не стоило сюда приходить. Мы просто мучаем друг друга.

Она вытащила волосы из пучка, распустив длинные локоны.

— Нет. Всё совсем не так.

Час спустя они лежали молча, просто наблюдая, как тени скользят по потолку, когда фары проезжающих машин пробивались через длинные окна.

Она склонилась и провела пальцем по шраму на его животе.

— Что здесь случилось?

— Дурацкая случайность в мастерской.

— Странный на вид шрам. Как какая-то азиатская татуировка.

— Почему ты не замужем?

— Не знаю. Может, по той же причине, что и ты.

— Твоя работа таскает тебя по всему миру годами?

Она зашипела.

— Ты понимаешь, о чём я.

— Извини.

— Не извиняйся. Это просто наша судьба.

— Мой отец думает, что я снова влюблюсь в тебя, брошу армию и останусь здесь.

— Не думаю, что он хочет для тебя именно этого.

— О нет, именно этого.

Она покачала головой.

— Знаешь, в апреле, когда я заезжала завезти ему налоги, я застала его в мастерской — он смотрел на твою фотографию. Она висит у него на стене над верстаком.

— Там нет никакой фотографии.

— Была. Твой отец показал мне красно-бело-синюю ленточку на твоей форме. Сказал, что это Серебряная звезда. Сказал, что для этого нужно было сделать что-то очень особенное.

— Так вот почему ты разглядывала мои медали?

Она кивнула.

— У нас в конторе есть присказка. Знаешь, почему Дж. Эдгар Гувер брал в ФБР только юристов и бухгалтеров? Из-за нашей дотошности к деталям, любопытства и упорства.

— К чему ты клонишь?

— К тому, что после разговора с твоим отцом я зашла на сайт реестра Серебряной звезды и нашла там твоё имя дважды.

— И?

— Потом кликнула на текст представления к награде.