— Уже иду. — Митчелл перебрался через камни, обогнул выступ с другой стороны, затем бросился вниз по склону — волна адреналина прокатилась по груди.
Снова он съехал по грязевому потоку, спрыгнул на камни, затем прокрался мимо погибших товарищей к Билли, который был там же, где его оставили, — М9 в руке, трубка свисает из груди. Дыхание стало более затруднённым, из трубки теперь сочилась кровь.
Сквозь тяжёлое дыхание Митчелл выдавил:
— Эй, сержант. Пора идти.
Лицо мужчины исказилось от боли.
— Ладно.
— Сейчас будет то, что тебе не понра…
Митчелл осёкся на полуслове, услышав нарастающий свист падающей мины.
Он рухнул на Билли, прикрывая его голову и лицо собой, когда мина разорвала холм над ними, грохот отозвался болью в ушах Митчелла.
Словно по сигналу взрыва, пули прошили деревья позади них, и Митчелл ещё плотнее прижался к Билли. Он знал: открой он ответный огонь — и они точно засекут его позицию, несмотря на пламегаситель карабина. Если арабы хорошо натренировали этих пацанов, их наверняка учили определять позиции противника по характерным хлопкам и щелчкам выстрелов.
Но у Митчелла оставалась пара гранат. Он полез в разгрузку, достал одну, выдернул чеку и метнул её в сторону цепочки вспышек — четырёх, может, пяти, унизавших ряды деревьев, как рождественские гирлянды.
— Ладно, Билли, поехали, — сказал он за секунду до взрыва гранаты.
Он взвалил оружейного сержанта на спину и двинулся прочь, оставляя позади крики уцелевших террористов и несколько встречных очередей из АК-47.
— «Рикошет», я «Рутанг». Вижу тебя. Знаю, что ответить не можешь, но они заходят на тебя с шести часов. Слышу вертолёты. Пущу красный дым вниз. Просто беги, Скотт. Не останавливайся!
Первая мина выбила воронку, окружённую десятками грязных луж, камни и расщеплённые ветви деревьев теперь усеивали путь Митчелла. Он обогнул препятствие, но видимость становилась всё хуже из-за клубящейся пыли. Правая нога ныла, тёплое, липкое ощущение стекало по икре.
Не останавливайся. Верно. Неважно, как он себя чувствует. Неважно, что слышит или видит.
Но ноги больше не слушались, каждая мышца горела огнём, бёдра надрывались под весом груза, пока ботинок не встал точно на камень — и лодыжка не начала выворачиваться. Он вскрикнул и сместил вес, успев убрать ногу за миг до того, как жгучая боль пронзила лодыжку насквозь. Он пошатнулся вперёд, чуть не упал, удержал равновесие.
— Всё нормально, Скотт. Просто опусти меня.
Ещё одна мина взорвалась справа от них, метрах в сорока, за ней — новая волна встречного ружейного огня.
— Держись крепче, — приказал он Билли, а затем, беззвучно бешенствуя про себя, Митчелл вложил в бег всё, что оставалось. Он рвался вверх по склону, вгрызаясь в грязь, рыча сквозь зубы на каждом вдохе.
Огонь в ногах перекинулся на позвоночник и разлился по плечам. Он согнулся ещё сильнее, вот-вот готовый уронить Билли.
Оставалось ещё десяток шагов.
Наверху появился Рутанг, замахнулся и метнул дымовую шашку М83, приземлившуюся далеко позади них и зашипевшую…
Десять шагов. Шесть.
Четыре.
В тот день, когда Митчелл объявил, что идёт в армию, его отец сказал ему: «Если собираешься быть солдатом, Скотт, будь лучшим».
Мина со свистом упала где-то прямо позади, и, ощутив, как волосы на затылке встают дыбом, Митчелл швырнул себя и Билли за камни, в расщелину, — как раз когда мина взорвалась за их спинами.
Они кубарем покатились по камням и, болезненно впечатавшись в скалу, ткнулись друг другу руками и ногами в лица.
Митчелл задержал дыхание ещё на пару секунд, затем рискнул вдохнуть — и вонь взрыва вогнала его в приступ кашля. Он выбрался из-под Билли и поднял взгляд к небу, на воодушевляющий гул приближающихся «Блэк Хоков».
Билли закричал — трубка в груди чуть не вырвалась из тела. Рутанг уже занимался им, пока Карлос едва мог держать глаза открытыми.
Сквозь гул вертолётов донеслись крики на арабском — пугающе близко теперь, прямо у подножия холма.
Митчелл вскинул винтовку в боевое положение и вытолкнул себя из расщелины, жалея, что оглянулся на своих людей. Их едва можно было узнать под слоем крови и грязи.
Он двинулся вперёд, прижимаясь плечом к камню, пока не решился выглянуть из-за угла.
Двое стрелков бежали вверх по холму.
Митчелл вырвался из укрытия и открыл огонь по переднему, свалив его.
Второй упал на живот и перекатился. Митчелл выстрелил в него, но красный дым Рутанга уже начал стелиться обратно по холму, заволакивая всю местность.
Митчелл щурился, пытаясь разглядеть цель, когда пули вдруг вгрызлись в камень у его плеча, рикошетя и высекая искры, — он повалился ниже, за камень. Выругался, перевёл дыхание.
Один из «Блэк Хоков» заложил вираж над головой, бортовой стрелок навалился на свой M134, пули и трассеры хлестали по джунглям, как светящийся язык.