Из маленькой какашки в итоге, как всегда и бывает, выросло большое говнецо, зловредное и еще более жестокое. Теперь мы сражаемся уже по-взрослому. Норфолк, унаследовав земли и дело отца, ловит и калечит ящеров, попутно строя мне козни, чтобы обанкротить и выкупить мои владения. Я всеми правдами и неправдами, чего уж греха таить, отвоевываю у него искалеченных животных, лечу и возвращаю на свободу, на Драконью гряду. 

   Дело осложняет то, что негодяй выкупил закладные по долгам моего батюшки и теперь с удовольствием приезжает забирать очередную часть долга. Для него это каждый раз как настоящий праздник, похоже. Тем более, что гад прекрасно осведомлен о состоянии моих дел. 

   Знает, что доходы с полей, садов и оранжерей, где мы выращиваем напитанные магической силой травы, цветы и фрукты, даже в совокупности с трудом покрывают ту сумму, которую я каждый квартал выплачиваю ему. Он как паук, который терпеливо обматывает мушку, угодившую в его сети, все новыми и новыми слоями паутины и потирает лапки, ожидая момента, когда она перестанет биться. 

   Но страшнее самого Джона Норфолка его сестра Ирма. У них разные матери, но оба ребенка дружно пошли в папочку-мерзавца. И если брат пустышка по магии, то сестра – сильная ведьма, очень опасная и коварная, но, что хуже всего, не такая глупая, как Джон. 

     - А что это тута такое? – на плече после легкой вспышки проявился пушистый серебристый малыш с длинным хвостиком и забавным названием - галаго.

   Именно таких с помощью магии «делала» Ирма, редкостная выхухля, обеспечивая богатых дам игрушками, чтобы скрашивать им наполненные бездельем будни. 

   Процесс превращения в говорящую диковину был сложным, многие животные в процессе умирали. Зла не хватает на таких ведьм! Даже не знаю, кого бы я пристукнула с бОльшим удовольствием, брата или сестру.

   - Привет, Почешуйка! – я улыбнулась забавному зверенку с тельцем размером с небольшое яблочко и огромными янтарными глазками навыкате. – Ты где пропадал?

   - У меня свои дела имеются, - с важным видом ответил он и, поежившись, юркнул под мой плащ. – Холодрыга тут у вас!

   - Сам захотел остаться, помнишь? Я предлагала тебя на родину вернуть, в теплые края. 

   - Остался, потому что ты мне жизнь спасла, - он коснулся моего лица лапкой с длинными пальчиками, совсем как у человека. – Теперь я твой Хранитель, магисса.

   - Знаю, мой хороший.

   - Коли знаешь, так делай почешуй! – подставил щечку, и я с удовольствием почесала ему и щечку, и за ушком. – Вооот, почешуйчик это завсегда хорошо! А теперь говори, чего происходит-то?

   - Красный лютует, - посетовала я, со вздохом кивнув на огромного ящера, гремящего цепями.

   - Это боль в нем наружу рвется, - Почешуйка вздохнул. – Его от семьи оторвали в детстве, искалечили, били и злобу в нем насильно взращивали.

   - Надеюсь, когда-нибудь кто-то из ящеров откусит Норфолку голову! – прошипела я. 

   - Обязательно, у судьбы одно око и оно никогда не дремлет, - мой Хранитель зашевелил ушками, покрытыми розовыми прожилками сосудов, и попенял мне, – а чего не рассказываешь, что твой муженек в замок нагрянул?

   - И все-то ты знаешь!

   - Я ж волшебный зверь, по статусу положено! Ну, что думаешь? – янтарные глазки пытливо вгляделись в мое лицо. 

   - Ничего, - пожала плечами. - Жду, когда он выздоровеет и уедет.

   - А ежели честно? – ехидно протянул Почешуйчик. 

   Вот ведь магическое создание, ничего от него не утаишь!

   Я отвела глаза и с радостью переключилась на Веселушку – детеныша ящера, в холке мне по бедро. Зеленая малышка подбежала к нам и сначала ткнулась носом в руку, а потом боднула ее, как козленок, требуя внимания и ласки. 

   Девочку привез один мой друг, отбив у так называемых заводчиков. Ее везли на продажу в грязном трюме корабля, полного крыс и болезней. К счастью, торгам не суждено было случиться, малышка попала в наш приют для таких вот постраданцев от людских рук. 

   Раньше, будучи крохой, она являлась игрушкой у кого-то. А когда подросла и стала потенциально опасной, ее продали. Жизнь девочки или закончилась бы на боях, где ее, выросшую в богатом доме, растерзали бы за минуту, или в тесной клетке, где она раз за разом рожала бы детенышей на продажу, чтобы они повторили ее незавидную судьбу. 

    Веселушке повезло, она попала к нам, и я ничуть об этом не жалею, ведь более положительного ящеренка на белом свете не сыскать. Всегда всем довольная крошка вечно переливалась, как маленькая зеленая искорка, и заражала всех вокруг хорошим настроением. Вот, даже буян красный и тот стих с появлением доброй девчушки.

   Не знаю, как сложится ее судьба. Вероятно, нам не удастся вернуть малышку в дикую среду обитания, увы. Но здесь, под магическим куполом над моими землями, она и сама в безопасности, и никогда никому не причинит никакого вреда, даже когда сильно вырастет.