Немного упорства и они начинали сиять не хуже сосулек за окном. 

   - За какие такие заслуги, ума не приложу, - пробурчала Мира. – Шашней между ними, вроде, не было, иначе весь замковый люд косточки бы ей перемывал, как всегда бывает. У нас ведь тут незаметно согрешить все равно что наизнанку вывернуться, ну никак невозможно! 

   - Не знаю, - я пожала плечами. – Но когда умирал, папа просил Мадину не обижать. Это же как последняя воля, разве можно противиться?

   - Ну, коли так, - со вздохом согласилась Миранда. – А если…

   Договорить она не успела. Дверь в гостиную распахнулась, и… внутрь влетел блеющий во всю глотку черный козел! 

   Ошалевшая зверюга была не одна – сверху восседал Ксандер, явно довольный новым приключением, на лице сияла улыбка до ушей. Распугав завизжавших девчонок, его «конь» сломя голову понесся по залу, роняя мебель и оставляя после себя следы из грязи на паркете, из-за скользкости которого копыта скакуна разъезжались, что только способствовало росту разрушений. 

   Пробежав в опасной близости от нашей с Мирой стремянки, орущее дряниной животное свернуло к стене. Задние ноги козла подкосились, зад повело в сторону, и он въехал в стол. Кубки, загремев, попадали на пол, как битки в игре, когда надо сбивать палки мячом. 

   - Ах ты… - я замерла, подбирая слова, и не найдя приличных, выдохнула, - козел ты этакий!

   Перепуганный рогатый попытался ускориться, но это привело лишь к тому, что передние ноги разъехались в разные стороны, будто он хотел отвесить кому-то глубокий поклон. Задние, которыми бедолага судорожно перебирал, унесли его в сторону. 

   - Ой, нет! – прошептала я, увидев в опасной близости от одуревшей животины шкаф, полный посуды. – Только не туда, рогатенький, всеми силами тебя заклинаю!

   Но козла несло именно туда – будто приливной волной.

   - Санни, сворачивай! – вцепившись в стремянку, прокричала я.

   - Каааак? – донеслось в ответ.

   И правда, как? Мы с Мирандой переглянулись. Задачка!

   Но решать ее было уже поздно, козлиная попа приближалась к своей цели, на полном ходу, набирая скорость. Как говорил мой батюшка, заяц всегда найдет своего волка. Нам оставалось лишь лицезреть этот козлиный балет, который закончился на самой бравурной ноте – врезавшись в шкаф. 

   Как финальные ноты животрепещущей арии прозвучал дикий вопль рогатого разрушителя. Следом, словно шквал аплодисментов благодарных зрителей, переживших непередаваемые эмоции, сверху посыпались чашки, блюдца, бокалы и прочая столь дорогая женскому сердцу легко бьющаяся утварь.

   Вскоре пол вокруг козла оказался усеян осколками, напоминавшими цветы, нарисованные ломаными линиями и безумными штрихами. Зверь, замерший – только поздновато – в центре разрушений, лишь моргал, тяжело дыша.

   - Санни, осторожно! – прокричала я, увидев, что племянник сползает с него. – Не поранился?

   - Да не, все отлично! – маленький разбойник отмахнулся. 

   - Я помогу, леди, - вошедший в зал Рилуч снял мальчишку и поставил на пол, подальше от беды.

   - Бееее! – освободившийся от наездника копытный встал и попытался дать деру, пока опять не запрягли в какую-нибудь авантюру, но вояка ловко ухватил его за рога.

   - Ты что творишь? – спустившись, я принялась бранить Ксандера. – Посмотри, что наделал! – обвела рукой хаос в гостиной. – Зачем? И как тебе такое в голову только могло придти?

   Ехидное детское хихиканье заставило меня отвлечься от потупившего взор хулигана. Посмотрев на дверь, увидела мелькнувшую в зазоре знакомую мордашку с конопушками. Теперь ясно, кто его на это подбил! Как всегда, не обошлось без подстрекательницы на «великие дела»!

   - Что маленькие, что большие, ума все рано нет, - вздохнув, покачала головой. – Мужчинам лишь бы впечатление на женский пол произвести! 

   - И ничего я не хотел производить, - пробубнил Ксандер, но покрасневшая шея и уши говорили об обратном.

   - Иди в свои покои и сиди там, - велела я. – Носа чтобы не казал оттуда! 

   - Но весна же! – возмутился отрок, вскинув на меня полные возмущения глаза.

   - Ты наказан! Учись быть взрослым и отвечать за свои поступки!

   - Да пошел уже, пошел, - Санни понуро зашаркал ногами к двери.

   - А вы, юная леди, - крикнула я вслед пламенем мелькнувшим волосам, - тоже будете наказаны, если не возьметесь за ум.

   - Как накажете? – с ехидцей осведомилась Конопуха, просунув голову в комнату. – Я порки не боюсь, у меня шкура дубленая, все розги обломаете!

   Ух ты да ах ты, какие мы говорливые! Ничего, тоже маленькой была и работы нянькам всегда задавала столько, что от меня по воспитательнице в месяц сбегало, как по расписанию. Пока не появилась суровая гувернантка, нашедшая управу на потерявшую всякую совесть избалованную малявку. 

   - А зачем нам розги? – я с равнодушным видом пожала плечами. – У нас тут детей не бьют, юная леди.