Я руками обвила мужскую шею, где безумной змейкой билась жилка. Погладила по волосам, наслаждаясь тем, как они текут под ладонью, словно шелковая река. Ощутила во рту вкус губ Сидора – дождь пополам с ветром, что не обуздать, не направить в нужном направлении, он всегда свободен, как дикая лошадь, и живет, лишь пока дышит волей. 

   - Апчхи! – вдруг раздалось в холодном воздухе.

   Все замерли: мы с Сидором, поцелуй, и даже ночь.

   - Петрина проснулась, - с сожалением констатировал парень, все еще не отпуская меня от себя.

   Замолчали, прислушиваясь с надеждой – вдруг она уснет снова и ее громогласный храп прикроет наше бессовестное занятие, которое можно будет продолжить?

   - Ох-ох, - к нашему разочарованию, раздалось с берега.

   - Мне пора сбегать, чтобы тебе не попало, - шепнул мой искуситель, поднимаясь.

   Я тоже встала. Один миг, и спина Сидора растаяла в молоке тумана, что помог нам, как бывалый заговорщик и покровитель влюбленных. Хм, а мы влюбленные? Ладно, подумаю об этом потом, сейчас некогда.

   - А? Что? Где? – ошарашенно вращая глазами, Петрина села, когда подошла к ней. – Уснула я, чой?

   - Да, немного подремала, - ответила ей, начав складывать мокрое исподнее. – Тебе, кстати, привет передавали.

   - Это кто ж? – она заинтересованно глянула на меня, перестав поправлять растрепанные волосы.

   - Да водяной заходил. Вместе с лешим. Посмотрели на тебя и говорят: какая роскошная женщина спит! Подрались даже из-за тебя. Каждый хотел себе забрать!

   - Ох и выдумщица же ты! – Петрина хихикнула и принялась в корзину скидывать пучки трав. – Пойдем домой, сказочница. Накупалась всласть, довольна?

   - Еще как довольна, - подтвердила, усмехаясь.

   - Дай руку-то, - знахарка с моей помощью встала. – Затекло-то как все. Старость – не радость, одно слово. Идем, светает уж. Надо готовиться к приему болящих. Да еще и закупаться сегодня, в лавку привоз будет. Надо сбегать, пока самое свежее не разобрали. А не то опять одна репа останется. Всю зиму ею пробавлялись, воротит уж от нее.

   - Так я сбЕгаю, - чувствуя, что на месте точно не усижу, тем более среди больных, поскорее «застолбила» приятное занятие.

   - Сдюжишь ли? – шагая в гору и тяжело дыша, Петрина нахмурилась. – Там много всего забрать надо. И к кузнецу за гвоздями зайти, и к обувщику заглянуть, и заказ один еще забрать.

   - Все сделаю, - беспечно отмахнулась. 

   - Че-т ты добрая сегодня, - она встала, чтобы отдышаться, и констатировала, – не добру!

   - Лучше пользуйся, - я рассмеялась. – А теперь поспешим, кушать очень хочется. 

   - Мешанинка ждет, - съязвила знахарка.

   - Ну и отлично! – широко улыбнулась. – Всю съедим, без остатка, и тарелки вылижем!

   Вот только бы еще про эти желтые глаза забыть, что в озере увидала. Хотя, может, они мне всего лишь почудились?..

Глава 19 Приобретения

   С трудом уместив в голове, распухшей от наставлений, слова Петрины, где что находится, я повесила на плечо огромную холщовую сумку, на локоть – корзину и, положив в карман список, отправилась за покупками. Пока шагала, местные разглядывали меня в упор, но это не смущало, привыкла уже. На принцесс все время глазеют, навык не обращать внимания вырабатывается первым. Нос задираем повыше и улыбаемся пошире, вот и вся наука. Тем более, и самой имелось на что посмотреть.

   Я никогда не была в таком поселении, с простыми домами, палисадниками, из которых наружу высовывалась, будто любопытничая, цветущая зелень. Меня интересовало все: и массивные трубы на крышах, а рядом вертлявые флюгера, скрипящие во дворах колодцы, женщины с косами – не на голове, а с теми орудиями, что траву косят, таких обходила стороной, своры собак, что носились туда-сюда.

   А вот и лавка!

   Я подошла к избе, что хвалилась оранжевым цветом и заманивала в себя ароматами свежеиспеченного хлеба. Лишь очутившись в поселении, узнала, как вкусно, оказывается, отгрызать у такого хрустящую корочку, обжигающую пальцы. Даже несмотря на то, что Петрина ругалась, все равно меня было не остановить. Как удержаться от такой вкусноты и не отломить кусочек? Она сокрушалась, что я как маленькое дите. 

   Такое как раз сидело на первой из деревянных ступенек, что вели в лавку. Чумазый настолько, что и не поймешь, мальчик это или девочка, маленький совсем комочек в лохмотьях, он вытягивал вперед крохотную ручку с ссадинами, прося подаяния. 

   Я с сожалением похлопала себя по карманам, вспомнив, что у меня нет ни гроша. Да здесь деньги и не в ходу, расплачиваются скорее взаиморасчетами в стиле «ты мне носки свяжешь, а я тебе мазь сварю». Даже отправив за покупками, знахарка наказала все записать на ее счет. Так что порадовать ребенка было нечем.

   Тяжело вздохнув, вошла в лавку.

   Внутри было темновато. Сначала споткнулась о порог, потом в нос ударило разнообразие запахов, некоторые даже не успела определить, так как сбоку раздалось:

   - Ты смотри-ка, кого к нам принесло!

   Голос был женский, так что не испугал.