— Он в самом деле так тебя ненавидит?

— Он чуть не сжег меня, когда мне было восемнадцать. Точнее, драконий огонь выжег мою человеческую деревню. В ту ночь никто не погиб, и все-таки я лишился семьи.

— Ох…

Я не знала, что сказать, а сердце рвалось в груди, из-за того Орланда, который остался один, из-за мальчика, которого прогнали, испугавшись его драконьей крови. Как можно столько лет прожить в семье, а потом лишиться не только всех близких, но и самого себя?

Я не знала, что чувствовал Орланд, становясь драконом. Это даже хуже, чем очутиться в незнакомом месте, во внезапно помолодевшем теле и обнаружить, что не понимаешь ни слова из того, что говорят окружающие. Между моим прошлым и прошлым  Орланда была одна существенная разница: у меня была поддержка, меня любили, наставляли и направляли, а он учился исключительно на своих ошибках.

Поэтому и вырос таким вредным!

Нет, я не собиралась оправдывать Орланда или жалеть его, как хромого, несчастного котика. Сейчас этот “котище” точно не нуждался в жалости.

Пауза в разговоре затягивалась, и Орланд догадался о причине. Я услышала его сдавленный шепот:

— Не жалей меня, Лили. Я этого не люблю. У меня была неплохая жизнь до совершеннолетия, несколько паршивых лет, когда я чуть не сдох, зато потом сумел взять от новой жизни все и даже с процентами.

— Но тебе нужен “Грозовой перевал”. Нужен дом? — уверенно произнесла я.

Я уже неплохо изучила Орланда и знала, что он не стал бы делать глупости назло другому и если решил бороться за звание вожака стаи — значит, оно действительно ему было нужно. И это что-то было большим, чем желание потешить самолюбие или отомстить отцу.

И все-таки я должна была спросить:

— Зачем тебе все это? Драконьи испытания и последующие проблемы? Что ты задумал? Позлить отца?

— Мне нужна драконы, чтобы навести порядок на границе. Нужны учителя для безродных человеческих детей, чей дар при обнаружении запечатывают, чтобы безграмотный неумеха не погубил себя и окружающих. Ну и слава, почет и уважение пойдут бонусом. От золотишка тоже не окажусь, — губы Орланд изогнулись в язвительной улыбке.

— Прекрати! Хватит пытаться казаться хуже, чем ты есть!

— Пытаться? — Дракон вопросительно изогнул бровь. — Мне казалось, что ты уже в этом убедилась.

— В Железногорске ты вел себя, как придурок.

— Не доработал. Ты все равно за мной увязалась. Или… Я оказался магически привлекателен.

Орланд попыталась подкатиться ко мне, я ловко уперлась ладонью в его грудь.

— Скорее волшебно нахален.

— Одно другому не мешает. Кстати, не хочешь проверить мою рану? Она волшебно затянулась.

11-8

Мой взгляд метнулся вниз, наткнулся на одеяло, намотанное вокруг торса Орланда, и сразу вспомнилось, как радикально дракон избавлял меня от мокрой одежды. А ведь и на нем при возвращении в палатку нитки сухой не было.

— Я не целитель. Мне все равно, — хмуро буркнула я и добавила, чтобы сгладить грубость: — Я вижу, что тебе уже лучше. И рада. Правда рада.

— А я рад, что ты в моей команде, — неожиданно объявил Орланд и пояснил: — Достало вечно быть сверху.

— Э-эм… — только и смогла выдавить из себя я.

Орланд откинулся на спину и уставился в потолок.

— Ты не представляешь, как люди стелятся перед драконами. Понимаешь, моя родная семья объявила меня выродком и изгнала из деревни. Несколько лет я себя таким и считал, а потом… — Губы Орланда изогнулись в едкой ухмылке. — Моя самооценка совершила крутой поворот.

— Драконов считают защитниками и хранителями магии Архонта.

— И это непустые слова, Рыжая.

Орланд вскинул руку, и я тихо охнула, когда на его ладони появилась шаровая молния. Гномы Железногорская не особо любят использовать магию стихий, отдавая предпочтение артефактам и оружию, наполненному магией. Но я умела отличать магию артефактов от живой магии. Той, что черпается из самой природы. Но молния в руке Орланда была не просто частицей магии из волшебного источника, а она сама по себе ощущала, как источник магии.

— Ты хранишь магию грозы. Ты в самом деле отнял дар у своего отца.

— Надо было лучше за ним следить. Драконья магия служит сильнейшим. Насчет мудрейших не уверен, иначе бы я точно не смог обуздать Бурю и оседлать Шторм.

— Наглейший ты, Орланд Шторм Младший, — тихо фыркнула я.

— Ничего не имею против. И кстати, раз уж я такой наглый. — Дракон рассеял молнию и ловко перекатился набок.

После поглощения магии в его глазах цвета грозового неба снова вспыхивали молнии, на губах появилась знакомая порочная улыбка.