На ужин подали фазанов с хрустящей золотистой корочкой, нежных перепелов, вымоченных в красном вине, сочное жаркое с ароматными белыми грибами… Собственно, подали все, что было приготовлено на свадьбу.
Огромный многоярусный торт, украшенный взбитыми сливками и спелыми кусочками клубники, одиноко кис где-то в углу.
Посадили меня, как назло, напротив Эдриана. Сделали это, думаю, умышленно, чтобы мы могли “насладиться” обществом друг друга сполна.
Кроме Оуэна, бывшего жениха и короля, с нами за столом сидели ещё и родители Эдриана.
"Родственнички…" — кисло усмехнулась я про себя, наблюдая за тем, как матушка Золотого буравит меня ненавидящим взглядом, словно я была её злейшим врагом. Неудавшийся свёкор — престарелый герцог Ариндер, так и вовсе не удостоил меня своим вниманием, всецело сосредоточившись на поедании фазанов.
Да, ужин обещал быть долгим и довольно нервозным… для всех нас.
Единственный, кто улыбался, был Эдриан, но его улыбка… не знаю… от одного взгляда на неё у меня кровь застывала в жилах. В ней было что-то зловещее, почти садистское. Казалось, будто он наслаждается моим дискомфортом и смятением. Его глаза блестели странным, нездоровым блеском, а уголки губ подрагивали, словно он едва сдерживал смех, готовый вот-вот вырвется наружу.
"Он знает то, чего не знаю я?" — пронеслось у меня в голове, и конкретно в этот момент на улице раздался оглушительный раскат грома, а сразу после в землю неподалёку от замка врезалась молния. Вспышка озарила столовую через высокие стрельчатые окна, на мгновение превратив ночь в день.
Слуги, окружавшие нас, испуганно ахнули, когда хрустальная люстра под потолком угрожающе зазвенела, потревоженная силой удара. Казалось, даже стены содрогнулись.
Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
"Нужно сохранять самообладание, Айлин", — мысленно подбодрила я себя. — "Что бы ни случилось, ты справишься".
— Почему моя невеста совсем ничего не ест? — как ни в чём не бывало поинтересовался Эдриан, нанизывая на вилку сочный кусочек белого мяса и отправляя его себе в рот.
— Нет аппетита, — сухо ответила я.
И какой тут, скажите на милость, может быть аппетит, когда все вокруг смотрят на тебя как на врага народа, а жених скалится аки голодный волк. Мне кусок в горло не лез от всей этой гнетущей атмосферы и давящих со всех сторон косых взглядов.
Я незаметно сжала под столом кулаки так, что ногти впились в ладони. Всё внутри меня противилось этому фарсу, но выбора не было.
"Соберись, Айлин, ты выдержишь. Всего несколько часов, и можно будет вернуться домой" — мысленно подбодрила я себя, и с тревогой перевела взгляд на короля.
Ксандрен де Роделин, подобно мне, практически не притронулся к еде. Глава клана Золотых о чём-то напряжённо думал, облокотившись на высокую спинку кресла, увенчанную золочёными набалдашниками в форме голов драконов. Его взгляд казался пустым и безжизненным, словно в нём потух огонь.
О боги, за что мне всё это? Видимо, я в прошлой жизни знатно нагрешила, раз теперь расплачиваюсь вот таким "райским" ужином в окружении "любящих" родственников. Хотя родственниками мы так и не стали… пока не стали.
Я очень боялась, что это всё-таки произойдёт. На помощь брата я не надеялась. После того, что он мне сказал…
— Тебе нужно наедать фигуру, — внезапно для всех собравшихся выдал Эдриан.
Даже Его Величество удивлённо приподнял бровь, посмотрев сначала на своего племянника, а потом на меня.
— Смотреть на тебя… страшно, — продолжил Золотой. — Так что ешь, не верти носом.
— Я как-нибудь сама разберусь, что мне делать, — процедила я сквозь зубы.
— Ошибаешься, дорогая, — Эдриан растянул губы в ухмылке. — Как будущий муж, я обязан заботиться о твоём благополучии. И раз уж ты сама о себе позаботиться не в состоянии, придётся мне это делать.
Я нервно захлопала ресницам.
Что он только что сказал?
4.2
— Как это мило с твоей стороны, — произнесла я с нарочито сладкой улыбкой, в точности копируя ту, что играла на губах Эдриана. — Вот только спешу тебя разочаровать, дорогой. Моим мужем тебе не стать! Ни сегодня, ни завтра, ни в каком-либо обозримом будущем! Можешь не надеяться.
В столовой вновь повисла тишина. Казалось, все присутствующие затаили дыхание. Даже герцог Ариндер прекратил жевать и соизволил-таки одарить меня своим взглядом.
Я присмотрелась к нему повнимательней: отец и сын… Они совершенно не были похожи. Внешне Эдриан явно пошёл в мать: её черты угадывались в правильных, породистых линиях его лица, в светлых прядях волос и золотистых глазах. Даже ямочка на подбородке, придававшая ему особый шарм, несомненно, была материнским наследием.
Свой гадкий характер Золотой, думаю, тоже взял у дорогой родительницы. Тот же снобизм, то же самодовольство и абсолютная уверенность в собственной неотразимости, значимости и вседозволенности.