— Если коротко, твой Грок склонен к насилию. Одиннадцать арестов: нападения, угрозы насилием, поджоги и — моя любимая статья — испражнение в общественном месте.

— Похоже, отсидеть успел.

— Вот тут самое интересное. В тюрьме штата вообще не сидел, в окружной провёл меньше, чем следовало бы ожидать. А защищают его адвокаты куда солиднее, чем у обычного негодяя. Брюс Хэллиуэлл из фирмы «Хэллиуэлл, Грэнтем, Гаррет и Локк». У мистера Грока, похоже, могущественный покровитель. Большинство обвинений снимали, когда потерпевшие меняли показания, отказывались свидетельствовать или как нельзя кстати исчезали. Ты, часом, не собираешься этого типа провоцировать?

— Думал поговорить с ним о недавней стрельбе.

— Тогда неплохо бы захватить «узи». — Бёрк шумно вздохнул. — А что до Даласио — добудь новые факты, и я посмотрю, чем смогу помочь.

— Постараюсь кое-что раскопать. А пока спасибо за сведения о Гроке.

— Да хранит тебя Господь, но «узи» прихвати.

Гурни убрал телефон в карман. К нему подошла Мэриан. — Что-нибудь нашли в лесу?

Она улыбалась, и от неё исходил лёгкий цветочный аромат. Гурни ответил вопросом: — Не знаете, полиция долго там работала?

Она задумчиво склонила голову. — Вчера вечером около получаса, прежде чем стемнело. В основном в поле. И ещё примерно час сегодня утром, преимущественно в лесу.

Пока она говорила, Гурни услышал, как к стоянке подъезжает автомобиль.

— Вы за ними наблюдали?

— Из окна наверху. Вид оттуда как с высоты птичьего полёта.

— Вы здесь живёте?

— Когда несколько лет назад купила амбар, я переделала первый этаж вот в это. — Она широким жестом обвела новый пол, книжные шкафы, площадку для выступлений и кассовую стойку. — А сеновал превратила в квартиру с панорамным окном. Наверху вид намного лучше. Если хотите посмотреть… — Она не закончила. Голос звучал прохладно и по-деловому, но взгляд был куда более личным.

— Мисс Лейк?

Она раздражённо дёрнулась и повернулась на голос. В открытых входных дверях стоял Хоскинс с большим бумажным конвертом в руках.

— Да?

— Я принёс информацию о компенсации материального ущерба, на которую вы, возможно, имеете право как потерпевшая от преступления.

— Имущественного ущерба?

— Расходов на ремонт или замену незастрахованного имущества. Например, новое стекло вон там, разбитый пюпитр, пулевое отверстие в стойке. Всё такое.

— Хорошо. Спасибо.

Хоскинс кивнул, положил конверт на прилавок, холодно взглянул на Гурни и вышел.

Гурни последовал за ним и догнал, когда тот садился на переднее пассажирское сиденье патрульной машины. За рулём сидел полицейский в форме.

Гурни остановился у открытой дверцы. — Вам удалось понять, чем объясняется странность выстрела, которым ранили Уилмота?

Хоскинс посмотрел на него с недоумением. — Что для нас имеет смысл, а что нет — дело полиции. Не ваше.

Гурни задумался, объясняется ли эта враждебность тем, что Хоскинсу известны его столкновения с правоохранителями во время дела «Гадюки», или причина глубже. Этим вопросом лучше было заняться позже.

— Просто надеялся, что вы объясните, почему этот выстрел был сделан с высоты пятнадцати футов над землёй. Это ведь может оказаться важным, как считаете?

ГЛАВА 18

Следуя указаниям навигатора, Гурни поехал от «Падшего ангела» к дому Тайсона Грока, стоявшему примерно в сотне-другой метров от шоссе штата, в другой части Гладстона. Дорога пролегала через центр посёлка. Там ему пришлось плестись за пыльным белым пикапом, который двигался со скоростью пешехода. На крыше верёвками был закреплён громкоговоритель. Его оглушительный звук заставлял морщиться — как и тон разносившихся из него выкриков.

Гурни узнал машину Арбор Локвуд: он видел её, когда познакомился с женщиной у домика Иви Хаббл. Из громкоговорителя поочерёдно звучали три обращения к полиции:

«Внимание, ПОЛИЦИЯ ГЛАДСТОНА! Вам платят за то, чтобы ЗАЩИЩАТЬ И СЛУЖИТЬ».

«ДВУХ ЖЕНЩИН ПОХИТИЛИ. Почему вы НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЕТЕ?»

«Похищение — ПРЕСТУПЛЕНИЕ. Проснитесь и НАЧНИТЕ ДЕЙСТВОВАТЬ!»

В конце Мейн-стрит Локвуд развернулась, и громкоговоритель продолжил надрываться. Гурни прибавил скорость и поехал дальше. Примерно через полтора километра он миновал небольшой торговый комплекс: школа карате, закусочная с китайской едой навынос, парикмахерская и три пустующих помещения. Навигатор велел повернуть направо на Калли-плейс.

Дорога пошла под уклон и вывела к открытому полю, заросшему росичкой. На нём вдоль сетки грунтовых проездов стояли узкие передвижные дома. Из транспорта виднелись главным образом пикапы да мощные мотоциклы. В задних окнах нескольких пикапов красовались флаги Конфедерации, а на бамперах — непристойные наклейки.

На входной двери дома номер тринадцать был прикреплён квадратный лист белой фанеры. Чёрным по нему нарисовали свастику, составленную из кинжалов. Над ней дугой шла надпись готическими буквами: «Братство».