Я не выдерживаю и хохочу. Учитывая то, что произошло прошлой ночью, я не могу винить ее за мысль, что мы держим ее здесь именно для этого. Она ошибается, по большей части, но поправлять ее я не собираюсь. Это, возможно, мой последний вопрос, потому что я не смогу раскрыть больше информации, если она будет настаивать.

— Ты ушла с этим дядей, но почему не нашла свою сестру? Ты была достаточно взрослой, чтобы стать ее опекуном. Зачем ты оставила ее на попечение чужих людей?

Каллиопа застывает.

— Игра окончена.

Мой рот приоткрывается, когда она, пошатываясь, встает и направляется к двери.

— Стой. Я скажу тебе, зачем ты нам нужна, если ответишь на вопрос.

Дерьмо. Не стоило мне этого говорить.

Каллиопа некоторое время пристально смотрит на меня, и я вижу, как в ее голове начинают вращаться шестеренки. Теперь она знает, что мы в ней нуждаемся, и я ожидаю, что она воспользуется моим предложением.

Я не верю своим ушам, когда она бросает «нет» и выходит из комнаты.

ПЯТНАДЦАТЬ

КАЛЛИОПА

Яркий жёлтый свет гудит, а прохладный воздух ласкает мою кожу. Я разглядываю содержимое холодильника, обдумывая варианты. Дядя Кой обожает мою лазанью, так стоит ли осквернять ее, кормя ею своих врагов?

Ты же сама говорила, что хочешь завоевать их доверие.

Дурацкий мозг. Я с раздражением хватаю все, что нужно, и бросаю на кухонный остров. Мне претит готовить для них, несмотря на шикарную кухню и высококачественные ингредиенты в моем распоряжении. Принять ситуацию и играть по их правилам — значит пойти против всего моего естества.

Вчера я ослабила бдительность, рассказав Лелантосу то, чего ему знать не положено. Его вопрос о Клио вскрыл глубокую рану, ту, чье существование я старательно игнорирую.

С другой стороны, Лелантос поделился кое-какой интересной информацией. У Атласа был брат, Перс боролся за свою жизнь, и ничто не может укрыться от зоркого глаза Лелантоса, печально известного Жнеца. Но самое главное открытие — я им нужна.

Понятия не имею, зачем и как я смогу это использовать, но не намерена тратить эту информацию впустую. Пора начинать долгую игру: наблюдать, ждать и изучать. Однажды они обратятся ко мне за помощью, и когда этот день настанет, я их уничтожу.

Честно говоря, мне немного жаль, что Лелантос пострадает. Я жила в одиночестве, а вчерашний разговор с ним был таким естественным и легким. Его очень уважают в даркнете, и его работа помогла миллионам людей. Убив его, я, возможно, открою еще больший ящик Пандоры.

Я нарезаю овощи и тут же ощущаю, как мне не хватает радости, которую дарит музыка. Я прикусываю щеку изнутри и раздумываю, не обратиться ли к Алексе. Не сомневаюсь, чтоона здесь, слушает. Веселье не должно входить в мои планы. Упрямство подталкивает меня назло себе отморозить уши и погрязнуть в жалости к себе.

Я не поддаюсь.

— Алекса, включи «Psycho Killer» группы Talking Heads.

Я жду, затаив дыхание. Ее мелодичный голос подтверждает мою команду, и кухню наполняют глубокие звуки бас-гитары, проникающие в самую душу.

Улыбаясь и покачивая бёдрами, я грациозно передвигаюсь по кухне, расставляя кастрюли и сковородки, а затем возвращаюсь к нарезке. Мои бедра движутся в такт музыке, и я мысленно переношусь обратно на свою кухню. Я бросаю овощи на сковороду и, развернувшись, ставлю ее на плиту.

Я замираю. Мой взгляд встречается с Персом. Он прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, и с усмешкой наблюдает за мной.

— Алекса, стоп! — кричу я, ненавидя его за то, что он на мгновение увидел меня настоящую.

— Не останавливайся из-за меня. Мне нравилось шоу.

Его ухмылка заставляет меня крепче сжать ручку сковороды, пока я ставлю ее на плиту и включаю огонь. Перс подходит к барной стойке и садится, не сводя с меня глаз.

— «Psycho Killer», хм… Идеально.

Я облизываю пересохшие губы и начинаю убирать овощные очистки.

— Что тебе нужно?

Я не скрываю своей враждебности. Перс меня ненавидит, и, честно говоря, это чувство взаимно, даже если он сложен, как чертов Адонис, и это отвлекает.

Татуировки, усеивающие его тело, лишь подчеркивают твердые мышцы под ними. Волосы небрежно спадают на темные глаза, так и прося, чтобы мои пальцы вцепились в них и потянули. Он держится как боец, его поза говорит о готовности нанести удар в любой момент, и чего бы я только не отдала, чтобы увидеть его с катаной в руках.

Успокойся, блядь, мухоловка для членов. Только через мой труп он к нам прикоснется.

Она пульсирует в ответ, и я подумываю схватить нож и порезать ее за предательство. Это точно преподаст ей урок.

— К чему такая враждебность?

У этого парня либо амнезия, либо его высокомерие не знает границ.