В голове вспышкой понеслись воспоминания. Я выхожу из фитнес-клуба, перехожу дорогу, чтобы отправиться домой пешком, ведь прогулки так полезны… Машина сбила меня на немалой скорости. Я четко уловила момент, когда умерла. Видела свое бездыханное тело будто со стороны. 

Почему-то этот факт воспринимался спокойно и не вызывал сомнений. Какая-то неестественная реакция для человека в моей ситуации. Но я не стала на этом зацикливаться, сейчас важно другое. Где я? Это загробный мир такой получается или как?

Ущипнула себя за руку. Больно! На всякий случай приложила пальцы к тонкому запястью, где виднелись сине-зеленые вены, и прощупала пульс: тук-тук-тук — отбился ритм. 

Я определенно живая.  Но в зеркале отражалась девица лет двадцати, такая худощавая, что большая часть моих клиентов удавилась бы от зависти, увидев ее. Но, на мой взгляд, все же чересчур тощая, еще несколько килограммов в минус, и до анорексии может дойти. И эти синяки под глазами прямо-таки кричали о низком гемоглобине. 

Вскинула руки, всматриваясь в ногти. Пальцы длинные и изящные. А вот ногти не в лучшем состоянии, бугристые и тонкие, как бумага, обломанные, грязь под ними жуткая. Сомнений почти не осталось. У этой девицы тяжелая анемия. Понятно, почему кожа такая бледная, в глазах темнеет, и голова чуть что  кружится. 

Как у нее при таких дефицитах еще волосы сохранились? Чудо просто: длинные, до ягодиц, довольно густые и шелковистые. С такими только в рекламе шампуня сниматься. 

На бледном лице, помимо синяков, выделялись светло-синие глаза и полные губы. Я широко улыбнулась, рассматривая зубы. Попросту опасалась, что в этом псевдоисторическом загробном мире с зубами все плохо. Но мне повезло, девушка, в чье тело я угодила, сохранила все зубы, они были ровные, красивые и белые. 

В целом девушка красивая. Но или действительно чем-то больна, или попросту голодала. Не в порчу же верить. 

Целитель сказал, что я в порядке. Но доверия его слова почему-то не вызывали. Он даже не доктор! 

Мне бы чек-ап всего организма пройти. Анализы сдать, УЗИ сделать. И витаминов побольше, чтобы закрыть дефициты микроэлементов. 

Но оказалось, что здоровье моего нового тела не единственная моя проблема. В комнату вернулась свекровь.

— Чего ты тут любуешься, окаянная? — процедила женщина и так быстро подлетела, что я не успела понять, что она собралась сделать. 

Хлесткий удар пришелся по лицу и шее, еще один по руке. Я вскрикнула от боли, неожиданности и возмущения. Не сразу мне удалось разглядеть в руках женщины нечто напоминавшее веник из тонких прутиков. Это что еще за дрянь такая? А как больно бьет! 

Я обернулась к зеркалу и увидела красные полосы, оставшиеся на бледной коже. Снова уставилась на женщину, совершенно не зная, как реагировать на это насилие. 

— Что ты так смотришь, будто первый раз розги увидела? — ехидно процедила свекровь. 

Так вот что это такое! 

От шока я даже не нашлась, что сказать. Тогда и получила еще один удар розгами. Он пришелся уже по ногам. Но даже через сорочку было больно. 

— Что ты встала? Иди давай! Завтракать пора, а на кухне шаром покати. 

Завтрак? Я посмотрела в окно. До этого я решила, что еще глубокая ночь, но сейчас за мутным стеклом отчетливо виднелось, как небо посветлело, на горизонте показалась алеющая полоска восходящего солнца. 

Не придумав пока ничего, что могла бы противопоставить розгам и наглости этой женщины, решила подчиниться и пошла из комнаты.  

— Куда ты в таком виде собралась?! — рявкнула свекровь, когда я направилась к распахнутой двери прямо так, в сорочке и босиком. — Оденься, идиотка. Совсем стыд потеряла. 

Обернулась в поисках шкафа. Платяной шкаф с резными покосившимися створками нашелся в углу, рядом стояла ширма и трюмо. 

В шкафу было не так уж много одежды. Выбрала платье непримечательного коричнево-зеленого цвета, которое показалось мне повседневным и самым теплым.

Корсет, шнуровка, слой юбок…Еще крючки… И как это все надевать? 

Я копошилась слишком долго, спрятавшись за ширмой. Свекровь не выдержала такого томительного ожидания. 

— Через пять минут чтобы явилась на кухню, — приказала она и ушла. 

Я облегченно выдохнула и принялась натягивать платье как умела. С горем пополам зашнуровала. На трюмо нашлись две шпильки, длинные, похожие на спицы, и скромное кольцо с маленьким бледно-голубым камешком. Может быть, обручальное? На всякий случай надела. Других украшений тут не было.

Кольцо подошло на безымянный палец, только чуть болталось. Волосы скрутила в пучок и заколола шпильками. 

И руки, и волосы все еще казались непривычными и чужими. Вокруг тоже все чужое. 

По щекам потекли слезы. 

Что за несправедливость? В кого я попала? В тело служанки, рабыни? Тогда почему я замужем за сыном этой властной женщины?