— Именно поэтому, — многозначительно сказал я, подавив желание съязвить, работая на окружающих. Потом разыграем ненависть, сейчас нужно успокоить расстроенную и взбудораженную девушку.

Серена отступила.

— Вы оба мне всё расскажете! — строго произнесла она.

— Не волнуйся, расскажем, конечно, — Таяна слабо улыбнулась и взяла меня за руку, закрыв глаза.

Наше появление на кладбище прошло незамеченным. Некроманты объединили силы и держали бьющихся в невидимой клетке умертвий, не в силах их упокоить. Артефакторы сооружали контур, предназначенный, видимо, для временной остановки чудовищ в случае прорыва, боевики с присоединившимся к ним Тляном уже куда быстрее, наловчившись, «плели» огромную клетку из стихий.

— Это я сделала? — прошептала в ужасе Таяна, оглядев перерытое, усыпанное костьми и останками зомби кладбище.

Я думал успокоить девушку, накинув полог тишины, но нас заметили Ожегофф с Таргосом. Они единственные не участвовали в деле пленения проклятых умертвий, лишь наблюдали за происходящим. Ещё был Ник, которому я настоятельно рекомендовал сделать перерыв и восстановить силы. Он сидел рядом с ними, свесив ноги и чуть сгорбившись. От сырой земли к его рукам текла фиолетовая магия смерти — нашёл источник, надо же. От Ожегоффа — ручейки энергии, удивительно светлой, чистой и мощной. Вот, что значит древний род. И ведь не жалеет, отдаёт много, быстро, истощая свой резерв.

— Может, Ник, а не ты, не знаю, — ответил, пожав плечами. — В любом случае, вам стоит попытаться сообща их упокоить.

Ник словно вынырнул из транса, услышав своё имя, поднял голову, посмотрел на нас.

— Кошмарно выглядишь, — сообщила Таяна. — Пойдём, что ли, покажем этим господам некромантам, кто здесь самый-самый?

Я поневоле улыбнулся. Даже в шаге от смерти она шутит. Может, это и правильно.

— Давай на спор, кто быстрее уложит… — оживился наш принц.

— Ник, не по очереди — сразу всех, вместе! — разрывая слова многозначительными паузами, дал наказ профессор Ожегофф.

Таяна распрямила плечи и полетела вниз, к преподавателям, имитируя боевой танец орков. Ник же демонстративно спрыгнул, лишь у земли замедлив движение магией. Позёр. Хотя оба хороши — реального боя не видели, силы экономить не умеют. Нужно будет доходчиво объяснить обоим, что они делают не так в момент реальной опасности.

Пока некроманты сообща решали, как будут действовать дальше, я присмотрелся к Ожегоффу и Таргосу.

Профессор явно переживал за Ника и потому весьма щедро поделился силой с дальним родственником, что казалось удивительным. Один род и один резерв — да, делились, много делились, при необходимости вычерпывая и себя, и закрома рода едва ли не до дна. Но профессор и Ник — седьмая вода на киселе, жили всю жизнь отдельно, почти не знакомы, хоть и неуловимо похожи.

А вот помощник ректора тщательно следил за обстановкой, вглядываясь в лица людей и фиксируя их специальным заклинанием — эту позу и частоту моргания я знаю наизусть, сам обучен. Для тайной канцелярии он оказался весьма слабым магом, и, видимо, потому его никто здесь не привлёк к общественно полезным кладбищенским работам.

Оба выглядели подозрительно, однако именно наир Таргос заставил мою интуицию навострить уши.

Я переместился к нему и завёл разговор, поглядывая на происходящее внизу. Таяна и Никиас вместе с профессорами и Роальдом взялись за руки и принялись напевно читать заклинание. Слышал его впервые и поинтересовался у Таргоса, не знаком ли он с ним.

— Это древнее заклятие упокоения. Давно не используется, мощное и энергозатратное, не всегда целесообразно. Его, кажется, даже нет в программе обучения.

— Откуда здесь могли взяться эти умертвия?

— Вот и я задаюсь вопросом. Если ты внимательно посмотришь вверх, заметишь купол. Я прежде думал, его установили для защиты от студентов, ну, это преподавательская шутка, конечно, но учитывая последние события… — Таргос вздохнул. — Однако сейчас мне кажется, купол здесь с тех времён, когда закопали этих чудищ. Он, скорее всего, втягивает всю лишнюю энергию, не позволяя ненароком оживить их, и подпитывается самостоятельно. Присмотрись, нет ведущих к артефактам ниточек, — вполне доброжелательно рассказывал мой собеседник, обозначив периметр, где должны по логике крепиться артефакты-накопители.

— А кладбище не может быть артефактом само по себе?

— Вариант. Нужно поднять документы и посмотреть или спросить Залиуса.

Вопреки обычному несколько истеричному нраву, помощник ректора сегодня удивительно сдержан и наблюдателен, спокоен и… неподвижен. А ведь он никогда не стоял на месте. Постоянно куда-то бежал, что-то делал. Нервный тип.

— Давайте рассмотрим поближе, что там они делают! — с энтузиазмом предложил я, кастуя заклинание левитации и подпрыгивая, чтобы он не успел увернуться или выкрутиться.