Да что со мной такое?! Что за неконтролируемые эмоции? Почему я так яростно  реагирую на любую мысль о том, что Земляника выйдет замуж? Естественно, что единственная дочь лорда Ориниса не будет всю жизнь бегать со мной по лесу, собирать ягоды и лазить по деревьям. Да и я когда-нибудь найду свою драконицу и создам семью.

И снова что-то дикое и неуправляемое заклокотало в груди, вены медленно наполнялись жидким огнем...

Я не захотел вновь свалиться без сознания, постарался взять эмоции под контроль и впился взглядом в поврежденную руку, переключая внимание на другое.

Ожидал, что небольшие ранки мгновенно затянутся. Еще и на моих глазах. И рука снова заживет. Но проходила минута, другая, десять, ничего не происходило...

— Брен, ты зачем встал? Ты еще очень слаб. — Мамин голос, полный тревоги, донесся до меня, словно издалека. — Что случилось?!

Я стоял в дверном проеме в свою спальню и медленно обернулся. Посмотрел прямо в испуганные родные глаза. В них отчетливо плескалось беспокойство.

— Я восстановился. Благодаря регенерации.

Глава 6.3

— Больше не срабатывает. — Показал разбитые костяшки. 

Мама нахмурилась, лицо стало очень серьезным. Она медленно подошла ко мне и очень долго рассматривала мое плечо. После —  содранную кожу на  руке. Наконец, встретилась со мной взглядом и сдержанно спросила: 

— Разбил руку для проверки?

— Не совсем, — буркнул я.

— Потеря контроля? 

— Вспышка гнева, — признал довольно нехотя.

По маминому лицу пробежала тень.

— Что, по твоему мнению, спровоцировало регенерацию? 

Я тяжело вздохнул, задумался и... смутился. Отвел взгляд. У меня возникло подозрение относительно того, что спровоцировало, но... произнести это вслух?

Молчание затягивалось, и мама спросила ровным голосом:

— Это может быть как-то связано с мисс Оринис?

— Не знаю. Но... возможно, да.

Я скрылся в своей спальне, чтобы избежать смущающих вопросов. Стал одеваться, размышляя о Кел и о себе. Кто я? Просто ревнивый друг или сам не заметил, как Кел стала для меня... кем-то большим, чем подруга?

— Твой отец только что получил послание императора, — донесся мамин голос из гостиной. — Он пригласил меня и твоих братьев в кабинет для разговора. Если ты хорошо себя чувствуешь, можешь присоединиться.

— Сейчас оденусь и иду с тобой.

Я знал, что отец магическим вестником отправил послание в столицу о прорыве орками магического купола. Видимо, император ответил на него. Причем почти мгновенно. Естественно, мне стало интересно, что Миральд Первый ответил. Да и хотелось отвлечься от того, что со мной только что произошло. 

— Папе и братьям скажем, что от лихорадки тебя вылечило зелье целителя. А насчет регенерации... пока молчи. Под одеждой руку они не увидят, а ты придерживай ее будто она ещё сильно беспокоит тебя.

— Почему? — Я застыл на пороге гостиной, с недоумением уставившись на маму.

Бледная, строгая, решительная. Она подошла и взяла в свои изящные маленькие ладони мою кисть с разбитыми костяшками. Подняла её и вскинула одну тонкую бровь.

— Вот поэтому, милый, — шепнула она.

— Не понимаю.

— Похоже, твой внутренний дракон просыпается, но пока нехотя, — мамин голос дрогнул. — Скорее всего, тебя ждет долгий и сложный путь к обретению дракона. Если же отец и Родерик решат, что дело в мисс Оринис, возможно, ты никогда его не обретешь.

Взгляд мамы стал жестким, я же уставился на нее потрясенно.

— Брен, они слишком сильно презирают людей. 

— Но ведь дело может быть и не в мисс Оринис.

— Вот мы и должны разобраться, — тихий вкрадчивый голос проник под кожу, заставил кровь забурлить. 

— Келлия Оринис... человек, — прошептал я. — Дракон не выбирает человека своей парой.

— Раньше не выбирал. Сейчас все изменилось. Истинной парой Миральда Мэлвиса из клана Белых стала человечка. Чувство к Нелии Оринис вернуло ему внутреннего дракона. А после Магия мира ясно дала понять, что хочет видеть на троне Ритании пару Мэлвисов. С их приходом к власти магический купол окреп, а до этого мы со дня на день ждали, когда он развеется. И готовились к войне. Связь дракона и человека сделала нашу империю и защиту вокруг нее сильнее.

— Но мы были готовы к войне. И не готовы к тому, что человек будет править драконами, — повторил я слова отца. 

— Драконами правит дракон, — спокойно  отозвалась мама. — И та, что рождена человеком, но стала драконицей.

— Почему это случилось именно со мной? — глухо пробурчал я.

Я не хотел разочаровать отца. И братьев. Мечтал, чтобы они гордились мной. Они же... презирали людей. И тех драконов, которым Магия мира определила в пары человечек.

Когда я втайне от них дружил с Кел, я не чувствовал себя виноватым, но если Кел окажется моей истинной... Они станут презирать и меня.