Да и что он вообще здесь делает?

Пока я физически ощущала, как краснеют мои щёки и кончики ушей, из библиотеки вновь раздалось:

— Я слышал ваш смех, Эмма. Заходите.

Мне не показалось. Это точно он.

Ладонь невольно ощупала сумку, где лежало письмо с признанием в чувствах к этому человеку. Я постаралась прийти в себя. Глубокий вдох, чтобы успокоиться. Ещё секунда, чтобы вспомнить: я всего лишь Эмма, безродная служанка. И если аристократ и может мной интересоваться, то от скуки.

Я опустила себя с небес на землю и толкнула дверь…

Мистер Грейвз стоял у одной из полок, но тут же обернулся, едва услышал, как я вхожу. И вот на меня вновь смотрели карие глаза, чья ликерная сладость кружила голову. Его широкая улыбка вызвала противоречивое желание смотреть на него вечно и спрятаться одновременно.

Ну разве может он вот так улыбаться каждой женщине?

Наверняка да…

— Мистер Грейвз, что вы тут делаете? Все уехали на охоту. Господа даже слуг распустили.

— Я подговорил Джаспера и смог остаться…

Рэймонд усмехнулся, но без типичных аристократичных ужимок. Он вообще сильно отличался от своих друзей. Прямолинейный, простой, искренний. Говорил умно, но не скучно-заумно. О себе рассказывал громко, но без пустых бахвальств.

— Но зачем? – я даже не заметила, как и мои губы растянулись в улыбке.

— Знаете, мисс Вуд, – как-то странно заговорщицки начал он, заводя руки за спину и делая шаг мне навстречу. – Я узнал о вас один занимательный секрет…

Всё тепло влюбленности тут же развеялось. В груди закололо от ужаса, а желудок сжался до тошноты. Мне кажется, я в одну секунду мертвецки побледнела.

— О чём вы?..

___________________

Добро пожаловать в мою историю! Она будет бесплатной и хоть прикреплена к циклу, но читать можно отдельно.

Очень надеюсь, что вам понравится :)

Визуализация

Эмма Вуд (Амели)

Рэймонд Грейвз

Обложечка полюбоваться:

Рэймонд с обложки поближе:

Глава 2. Делайте свой ход, мистер Грейвз

— Говорят, вы отлично играете в шахматы, – засмеялся охотничий сын после пикантной паузы.

Я выдохнула. Причем не смогла скрыть своего облегчения, даже положила ладонь на грудь, чтобы успокоить разбушевавшееся сердце.

— Не пугайте так, мистер Грейвз! – воскликнула с веселым осуждением.

В этот момент Рэймонд подошёл к столику, где были аккуратно расставлены шахматы. Он остановился и осмотрел меня заинтересованным, хитрым взглядом. Будто хищный лис, который следит из-за густых лесных зарослей.

Больше я не позволяла себе столь ярко волноваться. Диалог зазвучал в игривой тональности, которая была привычной для Рэймонда. Несмотря на социальную пропасть между нами, он любил пошутить и посмеяться, словно мы старые друзья. Причем делал так чуть ли не с первого дня знакомства. Когда он в первый раз шепнул мне: «я боялся, леди Фрост задушит вас своими речами и уже собирался открыть окно», я искренне опешила. Однако очень быстро приняла правила игры. Благо Рэй никогда не обижался на шутку в ответ, как это часто делают сварливые аристократы. Напротив, готов был смеяться над собой громче остальных.

— Мисс Вуд, вам есть, что скрывать?

— Кто знает, мистер Грейвз? – протянула я с не менее лисьей улыбкой. – Поговаривают, лучшие из женщин – всегда обманщицы.

— Читали Реккета? – Рэймонд отодвинул один из стульев, приглашая присесть, но я осталась стоять на своём месте.

— Вы тоже?

— А почему вас это удивляет? – он усмехнулся. – Или, по-вашему, мужчины читают только об охоте, дуэлях и войне?

Боги, даже такая простая беседа с ним заставляла меня трепетать. Если бы мою душу можно представить в виде маленького уютного садика, то слова Рэймонда оказывались освежающим летним дождём после горестной засухи. Я готова была вечность болтать с ним о всяких пустяках, книгах, историях. Но нужно держать себя в руках, чтобы не показать этого увлечения.

— С каждым днём вы всё больше меня удивляете, мистер Грейвз, – я не сдержала такого же лукавого, но доброго смешка.

— Удивите и вы меня, – он куда более настойчиво указал на стул. – Сыграем?

Я готова была трижды прокричать, что хочу остаться в этой тихой библиотеке, даже если все кони на доске начнут ходить случайными буквами алфавита, а ферзь вдруг обнаглеет настолько, что свергнет короля. Однако вопреки желанию изобразила задумчивость и печально протянула:

— Боюсь, у меня уже были планы на этот вечер.

А после затаила дыхание в надежде, что он попросит остаться. И чуть не подпрыгнула, когда прозвучало:

— Но вы же не оставите меня одного? Сами сказали: все уехали, слуги разошлись. Я могу умереть со скуки, и тогда вас обвинят в преступлении.

— Почему именно меня? – я весело фыркнула. – Разве это не ваш выбор?