Восторженный визг донёсся из бассейна с шариками, за которым последовал взрыв красных, жёлтых и синих шаров. Ава выкарабкалась из бассейна и побежала ко мне, выкрикивая моё имя. Я опустилась на колени, чтобы крепко обнять её. Ава родилась в мае, так что ей было три с половиной месяца. Из-за её терианской физиологии она была размером с полуторагодовалого ребёнка, твёрдо стояла на ногах и лепетала свои первые слова. Каждый раз, когда я её навещала, она выглядела старше, и я сожалела, что не часто с ней вижусь.

Часто ли человеку выпадает честь быть крёстной матерью ребёнка Кони?

— Эви, Эви, — повторяла Ава своим писклявым голоском.

— Привет, малышка. — Я взъерошила её густые кудри, такого же блестящего каштанового цвета, как у её матери. — Я скучала по тебе.

Ава застенчиво улыбнулась и побежала обратно к бассейну с шариками. Неужели прошло всего несколько месяцев с тех пор, как я держала её на руках, и ей был всего один день? Это было просто невероятно.

— Привет, Джозеф, — поздоровалась я.

— Здравствуй, Эвангелина, — ответил он более напряжённым голосом, чем обычно. — Есть новости?

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он имеет в виду вести от Финеаса. Не только меня он оставил позади.

— Нет, ничего, прости. Это чисто дружеский визит.

Он кивнул и снова обратил внимание на играющую в бассейне Аву.

— Нам всем не хватает Финеаса, — прошептала Аврора, когда я встала.

— Всем, — ответила я. — Хотелось бы мне, чтобы он дал о себе знать.

— Мне тоже. Он так многое пропускает.

Ава была крестницей Финеаса, и его не было рядом, он не видел, как она растёт, и не мог защищать её, как обещал. Он попросил меня делать это за нас обоих, и маленькая часть меня обижалась на него за это. Они были его кланом, его семьёй, и он оставил их, чтобы гоняться за призрачной надеждой найти ещё живых Кони где-то в мире.

Аврора взяла меня за руку и отвела в сторону от игровой комнаты, подальше от чужих ушей.

— Что тебя тревожит, Эвангелина?

— Это довольно длинный список. — Я не собиралась перекладывать на её и без того перегруженные плечи все драмы последних нескольких дней, поэтому ограничилась расплывчатой версией правды. — Некоторые друзья страдают, и я не знаю, как им помочь.

— Ты винишь себя в их боли?

— Разве я не всегда виновата?

— Разве это твоя вина?

— Отчасти моя. Ещё немного виноваты другие.

— Тогда неси свою вину, а остальное оставь позади.

Легче сказать, чем сделать.

Мы несколько минут молча смотрели, как Ава играет, прежде чем Аврора сказала:

— Я надеюсь, он скоро вернётся.

— Фин?

— Да. Джозеф умирает.

Что-то сжалось у меня в груди.

— Да?

Она часто заморгала.

— Он прожил долгую жизнь. Я думаю, что он скоро уйдёт. Надеюсь, что Финеас вернётся, чтобы они могли попрощаться.

— Недели?

— Дни. — Она повернулась ко мне с широко раскрытыми, полными слёз глазами. — Не знаю, смогу ли я быть здесь без Джозефа. Дейны были добры к нам, но они Фелия. Мы не естественные союзники.

— Они тебя пугают?

— Очень. Это глупый инстинкт, но с ним трудно бороться.

— Если Фин сможет, то он вернётся домой.

— Я знаю. — Она глубоко вздохнула. — Меня пугает мысль, что он не сможет вернуться.

— Меня тоже. — Я обняла её, не зная, что ещё сделать. — Меня тоже.

Я осталась ещё ненадолго, но мне пора было уходить. У меня была другая причина для визита в дом Дейнов, и я не могла откладывать дальше. Я крепко обняла Аву, прежде чем извиниться и выйти из игровой комнаты, сказав Авроре, что могу сама дойти до выхода.

Моё сердце бешено колотилось в груди. От адреналина мои пальцы дрожали, по телу бежали мурашки от осознания того, что я собираюсь сделать. Этот план мог так легко пойти прахом, если я не буду достаточно быстра. На некоторое время это причинит боль многим людям. Я представила лицо Вайята, но отбросила эти мысли. Я не могла думать о нём сейчас. Я должна сосредоточиться.

Кабинет Марцеллуса находился в четырёх дверях от игровой комнаты, и я направилась в ту сторону, с каждым шагом испытывая всепоглощающий страх. Если это не сработает, я полностью облажалась, и Фросты умрут.

Я остановилась перед закрытой дверью кабинета и прислушалась — внутри никого не было. По привычке я проверила свою связь с Разломом, на случай, если мне понадобится быстро телепортироваться. Не то чтобы мне было куда бежать, если всё пойдёт не так. Разлом был утешением, и я позволила его силе омыть меня на мгновение, прежде чем резко постучать. Два резких удара костяшками.

— Да? — раздался глубокий, рычащий голос.

Я толкнула дверь, огляделась, чтобы убедиться, что никого больше нет в комнате, и закрыла её за собой. Марцеллус Дейн сидел за своим столом, его старческое лицо было испещрено морщинами от беспокойства и усталости, вот как будет выглядеть Маркус в старости. Левая стена кабинета была украшена четырьмя японскими мечами, расположенными на разной высоте. Легко схватить. Вероятно, острые.

— Мисс Стоун, — сказал Марцеллус. — Я не припомню, чтобы мы назначали встречу.

— Не назначали, старейшина, — ответила я.

Он прищурился.

— Тогда чем я могу вам помочь?