То есть другими словами: меня сейчас убьют, свадьбу тайно переиграют, на бал приведут уже Владыку и принцессу, а меня прикопают здесь, в храме, вместе с мощами святых? Я, конечно, никогда не стремилась стать святой, но должна отметить, что усыпальница у меня будет неплохая. 

Войду в историю, так сказать! Влипну! Уже влипла, вернее. Пожизненно. Нет, посмертно.

— О чем вы думаете? — неожиданно близко, но тихо раздался голос мужа.

Я вздрогнула. Лучше не знать ему моих мыслей. А то озвучу, и он предложит еще и выбрать место. Где-нибудь между Святым Аврелием и Святой Митрофаной. Не знаю, как зовут здешних святых…

Муж смотрел на меня выжидающе, словно пытался разгадать. Я же поглядывала в сторону выхода, он мне казался все более привлекательным решением проблемы. В конце концов, лучше усыпальницы точно!

Но вот беда: я могла не выйти в свой мир! Что, если обратного пути нет?

Владыка все еще смотрел. Пришлось пояснять:

— Опасаюсь, что, когда свидетели покинут храм, меня убьют прямо на алтаре, как жертвенного барашка, чтобы сыграть свадьбу заново, уже с нужной невестой. Вот уж правда: вошла не в ту дверь. — Я нервно хохотнула, смотря в глаза мужа. — Я не хотела срывать вашу свадьбу. И выходить за вас замуж не хотела… — И под недовольным взглядом дракона исправилась: — То есть не собиралась. Я думала, это спектакль.

— Кто вам такое сказал? — спросил он совершенно серьезно. И я не сразу поняла, к чему относился его вопрос, тогда Владыка пояснил: — Кто вам сказал явиться сюда?

— Э-э-э… — Я открыла рот, но сказать ничего не смогла.

Странно, но я словно не помнила, кто это сделал. Помнила подругу, посоветовавшую кастинг, помню режиссера, даже съемочную группу, но никак не лица. Сценарий точно видела, репетиции помню, Стаса, а сам день съемок… словно стирался. Очень похоже на гипноз.

Что произошло?

— Не помню, — искренне прошептала я. — Совсем ничего не помню…

— Она лжет! — завизжала принцесса, указывая на меня пальцем. В уголках ее глаз застыли слезы. — Она украла мою судьбу, моего мужа! Ее должны казнить!

Я вздрогнула и обхватила себя руками. Дракон продолжал смотреть на меня задумчиво и, казалось, даже заинтересованно. Король ждал, когда его люди выведут всех из храма, а после, вздохнув, попросил нас проследовать в небольшую комнату священнослужителя.

К нам приблизился незнакомый мужчина в возрасте — лет пятидесяти, и Владыка что-то сказал ему, обращаясь как к Сангорну. Принцесса пыхтела, идя впереди меня. Дракон замыкал нашу процессию. Но я точно знала, что он не отстает: словно невидимая нить нас соединяла. Возможно, дело в брачной связи.

Наконец мы оказались в небольшой комнатке. Король вздохнул и прошел к окну. Я, устав от всего, плюхнулась на диван. На меня тут же устремили четыре взгляда.

— У нее совершенно нет манер! — обличительно воскликнула принцесса. Я коротко посмотрела на дракона, который позволил себе небольшую усмешку. — Боже милостивый, кто ее воспитывал? Оборванка с улицы! Непонятно, откуда наряд такой красивый взяла. Отец, она точно перевертыш!

— Нет, — прозвучал как гром среди ясного неба голос короля, и он устремил ко мне хмурый взгляд. — Она твоя родная сестра.

Теперь я тоже удивилась. Мое лицо вытянулось.

— Вы ошиблись. Мы не можем быть родственницами. Наверное, наше сходство обусловлено магией…

— Нет, — уверенно ответил его величество. — Когда-то моя жена была беременна двумя детьми, родились девочки. Однако одна умирала. Придворный маг открыл проход в другой мир…

— Но это запрещено, — зловеще произнес дракон, — это может еще больше истончить грань миров при смене лунных фаз. Вы могли призвать потусторонних монстров, которые бы сравняли ваш дворец с землей! Иномирные переходы строго запрещены!

Король смотрел непонимающе. Казалось, что только Владыке драконов известно о монстрах, потому что король ничего не понял.

— Монстров? — непонимающе уточнил его величество. — Вы хотите сказать…

— Вы думаете, что мы создаем этих монстров? — Губы Владыки изогнулись в презрительной усмешке. — Они переходят к нам при каждом Новолунии, когда грань истончается. И мы их уничтожаем. Вы могли навлечь на себя беду.

Король смотрел растерянно. Переглянулся с не менее удивленной, но все же недовольной дочерью и после покаянно сообщил:

— У меня не было выбора. Мой ребенок умирал, а жена не выдержала родов. Я хотел спасти хотя бы детей. Переход был небольшим, магией мы нашли местный лазарет и отправили туда ребенка, после чего запаяли пространство.

В комнате повисло молчание. Я боялась что-либо говорить. Вся моя жизнь изменилась в один миг — миг моего входа в этот храм, а оказывается, перехода в другой мир. В родной мир. Но как я попала сюда?

— И как ваша дочь вернулась? — О том же подумал и дракон, устремив взор ко мне.

— Понятия не имею, — прошептал король и тоже посмотрел на меня. — Божья воля?

— Я тоже не знаю, не смотрите так на меня, — пожала я плечами. — А можно меня назад отправить? У меня там своя жизнь, университет…