Почувствовав мое сопротивление, актер отстранился, но… не отодвинулся. Он прислонился лбом к моему. Я тяжело дышала. Он тоже смотрел на меня со смешанными чувствами. Недоверием, сомнениями. Но не отпускал, будто пытаясь что-то найти в глубине моих глаз.

Я о многом думала. О сценарии, Стасе, гонораре. Мысли в голове путались и сменялись одна другой, пока один единственный вопрос прочно не засел в голове…

— А кто такая Луриэль? — наконец спросила я.

Муж нахмурился, совсем ничего не понимая. Я начала осознавать, что все слишком реально. Я действительно, кажется, попала! И крупно.

Потому что это не сценарий. Не театр. Не клип.

Это реальность, в которую я угодила и из которой нужно как-то выпутываться…

Двери открылись и в храм вошла… невеста. Прекрасная, в свадебном платье, невероятно красивая и ослепительная.

Твою ж за ногу!..

Глава 1.2

Тальмир, Владыка Весны

Часом ранее

— Почему вы сомневаетесь, Владыка? — спросил Сангорн, хмуро глядя на меня. Он служил главой стражи еще при моем отце, и я доверял ему. — Оракул указал точно: ее высочество Луриэль ваша истинная.

Что-то было не так. Я не мог понять, что именно. Срок уже подходил, я не мог больше медлить. Драконы без истинных сходят с ума, нам необходимо завести наследника, пока наш разум не померк, отдаваясь во власть второй сущности — драконьей.

Мне было еще только тридцать, но из-за сильного дара последний год мне тяжело возвращаться из драконьего облика в человеческий. Но истинной в своих чертогах, как и в других Поднебесных, я не нашел, тогда пришлось спускаться в мир людей и искать там. Оракул указал на людское королевство — Рашавель, чья единственная принцесса должна быть моей истинной.

Я не знал, что привиделось оракулу, но именно так он истолковал знаки судьбы.

— Оракулы никогда не ошибаются, — в который раз повторил Сангорн, и я вздохнул.

Лучше бы он ошибся! Нет, ее высочество была прекрасна: длинные золотистые волосы, большие голубые глаза и сочные пухлые губы. Ей было двадцать. Говорят, она получила блестящее домашнее образование, но мне так и не удалось в этом убедиться: ее высочество меня избегала.

А если ее заставляли встретиться со мной, она дрожала, как осиновый лист на ветру, краснела, опускала взгляд и непонятно что лепетала. Когда я первый раз взял ее руку, ожидал хоть что-то почувствовать! Но глухо. Конечно, у всех драконов встреча с истинной проходит по-разному, но должен же я испытывать к ней хоть какое-то влечение?

А пока меня привлекает только внешность. Луриэль действительно была в моем вкусе, идеальна в каждой черте.

Но как мне прикажете ложиться с ней в постель, если она холодна, как снег в середине зимы?

Двери открылись. В комнату в храме, где я готовился к церемонии, весело насвистывая какой-то мотив, зашел Каэр. Светловолосый Владыка Зимы совершенно не соответствовал характеру своего времени года… с первого взгляда. Но все знали, насколько этот дракон может быть суров.

Сангорн с поклоном удалился.

— Твое время года следует передо мной, так почему я первым ищу истинную? — спросил я со вздохом у друга.

— Времена года цикличны, — пожав плечами, философски изрек Каэр. — Можно начинать с любого — и оно будет первым. Из нашей четверки ты первым обретешь истинную. Приятно это осознавать, Тальмир?

— Вне себя от радости. — Я поморщился. — Спасибо, что прибыл на свадьбу. Твоя поддержка просто неоценима.

— Между прочим, я видел твою невесту, невероятная красавица! Тебе ли жаловаться?

— Мне кажется, она больше подходит тебе, — хмыкнул я и потянулся, заложив руки за шею. — Такая же холодная…

Я действительно толком не успел ее узнать. Люди боятся драконов. Всегда страшит то, чего не понимаешь и не знаешь. Они знают, что каждый из Владык ответственен за свое время года, именно мы следим за правильным вращением мира, чтобы соблюдать баланс природы. Так было раньше.

Но двести лет назад многое изменилось. Люди стали видеть монстров, что спускаются из Поднебесья. Они давно решили, что именно мы их порождаем и спускаем в мир людей, когда чем-то недовольны. Но правда иная. Монстров, что рождаются на стыке лунных переходов, когда истончается грань миров, мы убиваем, защищая этот мир и не давая погрузиться во тьму.

И до сих пор никто не разгадал, почему грань миров истончилась настолько, что монстры проникают в этот мир.

— О нет, моя истинная будет горяча, как сам огонь. — Голос Каэра оторвал меня от тяжелых дум. Его глаза блеснули. — Она сломает мой лед… А тебе, возможно, и нужна ледышка. Растопишь ее весенним солнцем?

Я фыркнул и отвернулся, сделав вид, что не услышал его. Каэр вновь хохотнул и, налив себе из графина рубиновой жидкости, поднял бокал в мою честь.

— В любом случае оракулы не ошибаются, — повторил он слова Сангорна.

— Только это меня и утешает, — ответил я спустя какое-то время и все-таки отправился в храм.