— Основные правила целительства, Торбург? — спросила застывшая на верхнем ряду профессор, скрестив руки на груди.

Я испытала огромную благодарность за ее вопросы. Они встряхивали, заставляли собраться, а не думать над странностями, связанными с исцелением Гарроу.

— Медленно и целенаправленно. Нельзя разбрасываться на все, а начинать лечение строго по секторам.

— Гарроу, вы в порядке?

Парень сглотнул и закивал — после заморозки губы почти не двигались. Зато он вдруг поменял положение. Словно ему стало неудобно сидеть.

— Продолжайте.

— Сначала нос.

Я с легкостью его вправила. Потом зафиксировала и выпустила пару импульсов для уменьшения отека. Осталось только запустить регенерацию.

— При полном исцелении потребуется зелье активации, — заметила я, повернувшись к профессору и ожидая ее реакции.

— Обоснуйте, Торбург.

— Для восстановления необходимо много сил. Либо надо съесть большое количества жирного мяса, либо использовать зелье активации. Иначе он просто свалится в обморок.

— Верно. Используйте зелье.

Я открыла сумку и коснулась коробочки с зельями, отсчитав пятый ряд, третье справа. Достала небольшую колбу с мутно-зеленой жидкостью.

— Надо открыть рот. — Получилось у него с трудом, пришлось помочь. — Глотай.

— Правила зелья активации, — потребовала профессор.

— Оно начнет действовать через две минуты. Необходимо синхронизировать восстановительный процесс. Поэтому засекаю время.

Я застыла, потирая пальцы и разгоняя кровь. Мысленно строила в голове слова заклинания и концентрировалась на минутах. Действовать следовало быстро. Целительниц учили контролировать тайминг. Этому даже посвящен целый предмет на первом курсе. Сосредоточившись, мы могли отсчитать время с точностью до секунды.

«Пять… четыре… три… два…»

Шагнув к парню, я сжала его лицо в ладонях и выплеснула магию. С губ легко сорвались слова заклинания. Короткие, простые, но очень эффективные. В конце концов, это всего лишь пара синяков, сломанный нос и ссадина. Окажись ранение более серьезным, можно было использовать что-то сложнее.

Судорога прошлась по его телу, вызывая гортанный, едва слышный стон. Реакция не должна была быть… столь яркой. Я ничего не понимала. Боль он точно не должен испытывать. Тогда что не так?

Двадцать одна секунда.

Я убрала руки и отступила, стряхивая пот со лба. Наконец можно было полюбоваться на плоды трудов своих. Синяки прямо на глазах сначала желтели, потом бледнели, пока совсем не исчезли. Ссадина над бровью затянулась, оставив после себя тонкий розовый след. К вечеру и он пропадет.

Зейн мотнул головой и заморгал, пытаясь прийти в себя. Ускоренная регенерация походила на крепкую дозу алкоголя, в первые мгновения туманя рассудок.

— Готово, профессор.

— На место, Торбург.

Преподаватель подошла ближе и взяла летуна за подбородок, внимательно рассматривая его нос и глаза. На ее лице внезапно заиграла легкая, едва уловимая улыбка, словно она узнала что-то необычное.

— Интересно.

— Что интересно, профессор? — тут же поинтересовалась я, продолжая стоять в сторонке.

— Ничего. Все отлично, лечение проведено правильно. Гарроу, вам лучше до конца занятий посидеть здесь.

Положив сумку на стол профессора, я быстро вернулась к себе и села рядом с застывшим Иргаром. За время моего отсутствия он даже позы не изменил, оставив руки под столом.

— Ну и как я? — доверительно шепнула. — Молодец?

А в ответ не удостоилась даже взгляда.

«Переживает, наверное, из-за друга», — подумала я.

— Не знаешь, кто его так? Явно не упал. Уверена, его кто-то избил. Перед самым занятием. Представляешь?

Снова тишина.

— Приступаем к опросу, — тем временем громко объявила Стэйпи.

Я потянулась к конспектам, но от неосторожного движения карандаш соскользнул и покатился вниз, упав под стол.

— Вот засада!

Пришлось лезть.

Карандаш нашелся быстро, даже долго шарить не пришлось. Поймав искомый предмет, я повернулась, чтобы вылезти, но взгляд зацепился за крохотное красное пятнышко на полу.

«Странно, очень похоже на…»

Я скосила взгляд на руку напарника и тяжело сглотнула. Костяшки оказались разбиты в кровь. Несложно догадаться, об кого именно.

«Это что получается? Это Иргар своего друга так… но за что?»

Я медленно выпрямилась, стараясь не показать своего волнения, и положила карандаш на место.

«Надо с этим разобраться!»

16

Оставшаяся часть занятия превратилась в настоящую пытку. От любопытства меня буквально раздирало на части. Я практически не слушала профессора. Хорошо хоть Стэйпи меня не спрашивала, поставив высший балл за лечение Гарроу. Поэтому я могла отвлечься и обдумать все хорошенько, периодически посматривая на летунов.

На первый взгляд не было ничего особенного.