Боль снова возникла в моей груди, и внутри меня волк издал долгий, одинокий вой.

Я снова подумал о прошлой ночи. О том, как Эйвери смотрела на меня. О том, что она чувствовала в моих объятиях. Я знал, что у нее ко мне сильные чувства.

Но достаточно ли сильные, чтобы отказаться от своей карьеры?

Потому что это единственный способ, которым мы могли быть вместе в ближайшем будущем.

Мысль была такой заманчивой. Я мог бы попросить ее об этом.

Что если прямо сейчас пойти к ней и рассказать, что произошло. Быть на сто процентов честным и объяснить ей ситуацию, в которой оказался — мне нельзя встречаться с ней сейчас из-за протокола СВС. Мне нужно сохранить свою работу, чтобы выполнить обещание, но через три месяца, когда ее обучение закончится, я смогу быть с ней.

Меня затошнило.

Но в какое положение это ее поставит? Какое давление это оказало бы на нее?

Я бы попросил ее отказаться от работы своей мечты. Она не могла оставаться здесь со мной и продолжать работать в Женеве.

Черт возьми, ей даже не нужно оставаться в программе тренировок, ведь она здесь только из-за желания присоединиться к Институту Послов Сверхъестественного.

Черт возьми, Уайетт. Почему бы тебе просто не растоптать ее мечты?

Я зарычал, а потом мне пришла в голову другая мысль. Что, если у нас будут отношения на расстоянии?

Я нахмурился. Два года? Я знал, что буду ждать так долго. Я бы ждал ее всю жизнь, если понадобится, но сможет ли она?

Но как только мое сердце наполнилось собственническим чувством при мысли о том, чтобы оставить ее здесь и сделать своей, на меня обрушилась реальность. Я не мог просить ее об этом.

Какие это отношения, в которых вы вообще не могли быть вместе? Из-за протокола СВС любая романтика запрещена в течение следующих трех месяцев. Я уже облажался прошлой ночью. Еще одна ошибка, и меня уволят. Итак, нам придется просто с тоской смотреть друг на друга следующие три месяца и вообще не разговаривать?

И что потом, когда пройдут эти три месяца? Она отправится в Женеву, станет нервничать из-за новой работы, а потом общаться со мной по скайпу в свободное время, не обращая внимания на разницу во времени. Это было бы катастрофой.

Что, черт возьми, это за отношения? И какие ожидания это возлагало на нее?

Я зарычал и хотел ударить кулаком по дереву. Я не мог просить ее об этом. Только эгоистичный ублюдок так поступает.

Я опустил голову. Как же вовремя. Чертовски вовремя. Если бы только встретил ее снова через два года, а не сейчас.

Я не мог быть с ней сейчас, как бы сильно этого ни хотел. Но в состоянии обеспечить ее безопасность. Подготовить ее ко всему, что может встретиться на ее новой работе посла. И однажды, через пару лет, я найду ее снова, и тогда…

Мой волк заскулил.

Если боги будут на моей стороне, и если она захочет, возможно, тогда я сделал бы ее своей.

Я засунул руки в карманы и начал составлять план, пока солнце сияло над головой. Я знал, что не смогу лично проводить тренировки Эйвери по самообороне — прикосновение к ней стало бы пыткой. Я чертовски хорошо понимал, что не смогу контролировать себя, если это случится, и тогда Уэс уволит меня в мгновение ока.

Но я все еще отвечал за ее обучение, поэтому мог выбрать лучшего кандидата для выполнения этой работы. И уже знал, кого выберу.

Ди будет недовольна этим, так как у нее приближался длительный отпуск, но она в долгу передо мной. Она обязана мне почти столько же, сколько я Маркусу.

Я это сделаю.

Я добрался до казармы и отсканировал ладонь. Потом поплелся вверх по лестнице, пока мои мысли кружились вихрем.

Даже знание того, что Эйвери в конечном итоге все еще продолжит тренироваться под моим руководством, не радовало.

Выйдя в свой коридор, я ожидал испытать восторг или чувство выполненного долга от того, что сделал правильный выбор. Я не сомневался, что почувствую облегчение, хотя бы потому, что не потерял работу, что все еще мог выполнить свое обещание Маркусу, что мне все еще разрешали тренировать Эйвери и что я буду тщательно готовить ее к предстоящей работе.

Но ощущал только глубокую ноющую боль в груди.

Мне захотелось выть, содрать кожу, чтобы появился мой волк, и бежать, пока кровь не хлынет из наших лап.

Я закрыл глаза, вспоминая Эйвери, когда прошлой ночью она оживленно рассказывала о звездах, небе и своих мечтах о будущем. Ее образ обжег мой разум — изгиб ее губ, блеск волос и заразительный смех.

И чувствовать ее… Боги, как приятно ее чувствовать. Ее тело идеально подходило моему, как будто она создана для меня.

У меня перехватило дыхание, когда агония пронзила мою душу.

Потому что на данный момент это все, что у меня осталось от нее — воспоминания.

Прошлая ночь была не только первой ночью, которую я провёл с Эйвери Майерс, но и последней — в обозримом будущем.