— Я тоже, сэр. Но это не значит, что я не могу все остановить.

Уэс откинулся на спинку стула.

— Это ты так говоришь, но если это твой волк и ты… — Он снова вздохнул. — Ну, это определенно все усложняет.

Поскольку Уэс тоже оборотень, он понимал, насколько убедительным может быть волк. Однако Уэс женат последние семьдесят пять лет и неизвестно, помнил ли он, что чувствовал когда встретил свою пару: одержимость, безрассудное влечение и вызывающую ярость ревность всякий раз, когда другой мужчина смотрел в ее сторону.

У меня глаза на лоб полезли. Срань господня. Опять это слово. Неужели Эйвери могла быть моей парой? Но я не мог сделать ее своей парой. Не сейчас.

Мое обещание Маркусу держало меня в Айдахо еще два года, но после этого, возможно, я смогу ухаживать за ней. Спариться с ней. Заявить на нее права.

Но даже знание того, что я мог бы последовать за ней в будущем, не остановило сожаление, которое грызло меня.

— Несмотря на интерес моего волка и мой личный интерес, я не позволю этому продолжаться, сэр. Даю вам слово.

Уэс скептически посмотрел на меня.

— Как бы сильно ни верил, что ты намерен сдержать слово, я сомневаюсь, что сможешь это сделать, если ты и твой волк хотите ее.

Думай о Маркусе. Думай о Маркусе.

— Сэр, я могу и сделаю это.

Брови Уэса поползли вверх.

— Почему так в этом уверен?

Потому что я обязан Маркусу своей жизнью. Я прочистил горло и ответил:

— Это не первый раз, когда мне приходится учиться контролировать свои побуждения и инстинкты. Я делал это раньше и могу сделать это снова.

— Но ты веришь, что она твоя пара? Твоя настоящая пара?

От его многозначительного вопроса я сжал челюсти. Нет, я не мог думать об этом. Я даже не мог позволить себе представить Эйвери своей парой, потому что если бы это сделал…

Даже моего обещания Маркусу может оказаться недостаточно, чтобы удержать меня.

Я глубоко вдохнул и ответил:

— Я не знаю, сэр. Не знаю, что чувствуют, когда встречают свою пару, поскольку у меня никогда не было пары.

— Значит, ты не чувствуешь врожденную потребность защищать ее? Ты не испытываешь ревности каждый раз, когда ее внимание привлекает другой мужчина? Не испытываешь желания заявить на нее права?

Я представил, как мои клыки удлиняются и впиваются в гладкую, бледную кожу на шее Эйвери. У меня потекли слюнки при этой мысли, мой волк взволнованно завилял хвостом, и за этим последовало сильное чувство удовлетворения. Моя.

Черт. Он прав. Прошлой ночью я был так близок к тому, чтобы заявить на нее права.

— Майор Джеймисон? Мне нужно, чтобы вы честно ответили на эти вопросы.

У меня задрожали руки от собственнической реакции, которая снова овладела мной. Дыхание участилось. Нет. Этого не может произойти. Я могу и буду бороться с этим.

Но я чувствовал все это к Эйвери и даже больше. Но не в состоянии признаться Уэсу, что хочу заявить права на своего нового рекрута. Если бы это сделал, он перевел бы ее в группу другого командира. Отвергать свои чувства к ней достаточно плохо, но мысль о том, что ее начнет обучать другой мужчина, будет работать с ней каждый день и отвечать за ее безопасность…

Мой волк зарычал.

Да, это не вариант. Не известно, смогу ли я контролировать себя, если это случится. Тогда меня точно уволят.

Снова встретившись взглядом с Уэсом, я сказал:

— Сэр, я действительно кое-что чувствую к ней, не буду лгать вам об этом, но она не моя пара. Я могу контролировать себя. — Я выдержал зрительный контакт. Я не совсем лгал. Она не была моей парой… пока что.

Но она могла бы быть ею.

Я затаил дыхание, гадая, раскроет ли он мою ложь.

Уэс долго смотрел на меня ясным и твердым взглядом. Мне следовало опустить подбородок и показать покорность, но я этого не сделал. Просто не мог.

Я не собирался отступать, если это означало, что кто-то другой будет отвечать за обучение Эйвери и, в конечном счете, за ее безопасность. Я не стану так рисковать.

Наконец, Уэс оборвал зрительный контакт и вздохнул.

— Хорошо, майор. Я дам тебе еще один шанс доказать, что ты можешь действовать как уважительный и ответственный командир, но если увижу какие-либо признаки или услышу дальнейшие слухи о том, что ты или твой волк проявляете собственническое поведение по отношению к рядовой Мейерс, то переведу ее на другое отделение. Понятно, майор?

— Да, сэр. — Я встал и отдал ему честь дрожащей рукой.

Он отпустил меня, и я направился в холл.

Оказавшись снаружи, увидел освещенные солнечными лучами окрестные поля. Мои плечи поникли. Больше всего на свете мне хотелось пойти в квартиру Эйвери, разбудить ее утренним поцелуем, возможно, принести ей завтрак в постель.

Но это мечта о жизни, которой у меня не будет.

У меня только обязанности. Я должен сдержать обещание. А у Эйвери вся жизнь впереди. Через несколько коротких месяцев она отправится в Женеву.

А я останусь здесь.