– Да мне теперь куда ни сунь, всё слава богу. Шило мокрушников своих по следу моему пустил. А имение твоё казаки, знаю, стерегут. Потому и решил тебе кланяться, – явно нехотя признался каторжник.

Кивнув, Егор жестом подозвал к столу одного из дежурных казаков и, понизив голос, попросил:

– Кликни, брате, сюда Елизара моего. Он у кареты должен быть.

– Сей момент, Егор Матвеич, – моментально сообразив, что дело непростое, кивнул казак и быстро вышел из кофейни.

Спустя пару минут Елизар вошёл в заведение и, держа ладонь на рукояти револьвера, направился к столику парня. Жестом указав ему на свободный стул, Егор глотнул кофе и, кивая на Савелия, тихо приказал:

– Сейчас его выведут на задний двор, а ты вели Никите к воротам карету подогнать. Посадишь его в салон, на пол, чтобы из окна не видать было. А после свезёте на хутор. Сергеичу скажешь, пусть до сроку спрячет его. А после сюда возвращайтесь. Ещё дела появились.

– А к чему нам каторжный на хуторе? – усомнился казак.

– От сумы да от тюрьмы не зарекайся, – аккуратно осадил его парень. – Я и сам не очень понял, что там случилось, но допрежь с Хитровкой у нас всё ровно было. Но, похоже, спокойное времечко кончилось. У них там власть сменилась, и мне это не нравится. Остальное после расскажу. Езжайте, время дорого.

– Спроворим, Егор Матвеич, покоен будь, – коротко кивнул Елизар и, поднявшись, отправился к карете.

Егор снова подозвал к себе дежурного казака и, объяснив ему задачу, отпустил обоих. Проводив мужчин взглядом, парень поднял руку и, велев официанту повторить заказ, принялся обдумывать услышанное. В рассказ одного из главарей московского дна он почему-то поверил. Как поверил и в то, что банда из полусотни отморозков вполне способна разорить за пару недель все прилегающие к городу имения. У полиции и жандармов просто личного состава не хватит, чтобы взять всё это пространство под контроль.

Ведь, по сути, там ничего особо и делать не нужно. Сожги заготовленное в зиму сено, подпали ещё не убранные поля, и всё. Считай, что поместье уже разорилось. А если по ночам начать тихо резать скотину, то и вовсе беда. Крестьяне будут обречены на голодную смерть. Прокормить всех ни у какого помещика просто казны не хватит. Вспомнив о начатой в заповеднике стройке, Егор только стоически вздохнул. Там сейчас всем заправляли казаки и нанятый им архитектор.

Денег стройка съедала много, но и дело делалось. Самым сложным была логистика. Доставка материала до места. В тех местах никаких мануфактур не имелось, так что приходилось везти всё из города. Тряхнув головой, Егор задвинул прошлые проблемы подальше и вернулся к делам насущным. Такой авангардизм от каторжника дело необычное. Ему явно кто-то подсказал, что и как нужно делать. Неужели он и сам не понимает, что долго это дело не продлится?

Ведь при нынешней ситуации в больших городах такой наглости власти терпеть не станут, и о том, что Хитровку просто раскатают по кирпичику, парень вовсе не шутил. Выходит, кому-то такая громкая история нужна. Тогда встают вполне законные вопросы. Кому и зачем? Впрочем, зачем, догадаться не трудно. Войсковая операция в городе со стрельбой и большим количеством убитых может оказаться той самой соломинкой, которая сломает верблюду спину.

Поднимется большой шум, генерал-губернатор будет просто вынужден подать в отставку, а значит, на его место пропихнут кому-то нужную фигуру. На первый взгляд, всё вроде логично. Осталось понять, откуда этот Шило взялся и с чем его едят. Хотя, таким дерьмом и отравиться не долго. Но делать что-то надо. И в этом случае Егор видел только один выход. Для начала поставить в известность полковника Веселовского, а после сообщить о своих размышлениях подчинённым князя Угрюмова.

Эти господа на мелочи не размениваются, и если выкладки парня им покажутся верными, Шило и его присных попросту в бараний рог свернут, попутно унасекомив ещё с пару десятков подобных дураков. Так что сегодня парню предстояло как следует покататься по городу и много говорить. Но главное, чтобы эти речи были только по делу.

* * *

Войдя в приёмную полковника, Егор улыбнулся сидевшему за столом ротмистру и уже открыл рот, чтобы обозначить дело, по которому явился, когда краем глаза заметил, что в приёмной есть кто-то ещё. Едва повернув голову, парень растерянно замер. На стульях для посетителей сидели Настя с её тётушкой.

– Добрый день, сударыни, – взял себя парень в руки. – Вы ожидаете господина полковника? – осторожно осведомился он.

– Добрый день, сударь. Да, ждём, когда полковник сможет принять нас, – угрюмо отозвалась тётушка.

– Он так занят? – удивлённо повернулся Егор к ротмистру.

– Дамы отказываются объяснить мне, что у них за дело, а без того его превосходительство не принимает, – чуть пожал тот плечами. – К тому же у него и вправду много дел. Признаться, весь стол бумагами завален, – добавил он, страдальчески поморщившись.