- Сейчас поднимаем. Первый - донный, - она посмотрела в небо. - Погода сейчас хорошая, но прогноз говорит о надвигающемся шторме, так что, возможно, придется делать ночные погружения, чтобы закончить пораньше. Сегодня полнолуние.

- Отлично, - он приподнял бровь. - Не знаю, что во мне говорит, может, любопытный ребенок, но даже после десятков таких подъемов я все равно жду с нетерпением, что мы найдем. Особенно в донных сачках.

- Я тоже, - она перегнулась через поручни рядом с ним. - Ведь помимо странных рыб и ракообразных, мы вытаскивали испанские золотые монеты, бутылки с коньяком и даже тот череп двухсотлетней давности.

Он взглянул на часы и толкнул ее локтем.

- Пойдем, поможем с сортировкой - первые права на золотые дублоны наши.

* * *

Сетка с глубины 500 футов поднималась медленно. Когда она достигла поверхности, кран перенес ее на борт и высыпал содержимое в двадцатифутовый поддон с высокими бортами.

Затем ученые с граблями и большими пластиковыми контейнерами принялись сортировать улов: рыбы, ракообразные, губки и отдельные ведра для всякой всячины.

Хадсон и Джинни, вместе с тремя другими учеными команды, надев толстые перчатки, чтобы не уколоться о колючие виды, приступили к работе.

- О, да, - Джинни подняла покрытый коркой предмет, похожий на переднюю часть мушкета. Дерево давно сгнило, но ствол, ударник и спусковой крючок все еще были узнаваемы.

Она направила его на Хадсона.

- Пау, пау!

- Отлично, - он поднял ярко-оранжевого краба за клешни, тот размахивал ими в воздухе. - Не стреляй, мы сдаемся!

Он хмыкнул и бросил краба в контейнер. Затем взглянул на него: краб размером с тарелку устроился в шести дюймах воды, его черные глаза-бусинки на стебельках следили за ним.

- Неплохой размер. Повезло тебе, что мы только изучаем вас, и большинство вернется домой. Иначе оказался бы в котле.

Рыб сортировали по видам, считали, фотографировали, измеряли и взвешивали, лишь немногих отправляли на вскрытие. То же самое делали с крабами, креветками, лобстерами, осьминогами и моллюсками. Затем все возвращали за борт, а палубу мыли, готовя к следующей партии.

Хадсон и Джинни, оба биологи, отправились в лабораторию для анализа улова. Экипаж из восьми человек либо оставался на палубе убираться, либо спускался вниз за кофе и чтобы обсохнуть.

Предстоял долгий день и ночь, но никто не жаловался на работу по вечерам. После нескольких недель в море все стремились поскорее вернуться домой, и эта мысль придавала всем бодрости.

* * *

Вечером поднялся легкий бриз, и капитан старался удерживать "Трезубец Нептуна" на месте для следующего погружения сети.

Хадсон снова был на палубе, с перчатками в руках, вдыхая влажный, соленый воздух. Он посмотрел вверх: темная бархатная ночь была ясной, звезды сияли от горизонта до горизонта.

Погружение было запланировано на восемь вечера, когда луна взойдет высоко, и уже сейчас она создавала светящуюся дорожку на чуть взволнованной поверхности океана.

Хадсон наблюдал, как опускают сетку, зная, что ей потребуется несколько минут, чтобы достичь дна. Затем ее протащат по морскому дну и поднимут обратно.

Он не знал, что корабль снесло к краю впадины, и к моменту, когда сетка коснется дна, она будет прямо над одной из самых глубоких трещин в мировом океане.

На корме кран, словно мускулистая роботизированная рука, нависал над водой, поддерживаемый электрической лебедкой с грузоподъемностью десять тонн. Сетка протащилась по дну на сто футов и на полпути внезапно натянулась, как струна, заставив семидесятипятифутовое стальное судно дернуться в воде.

Хадсон упал на палубу и заскользил, слыша, как внутри корабля что-то падает и звенит.

Он вскочил, пока лебедка визжала, словно животное, испытывающее боль. Корабль замер на несколько секунд, прежде чем с рывком освободился от того, за что зацепился.

- Что за чертовщина? - Джинни вышла из двери переборки позади него, потирая лоб.

- Ты в порядке? - спросил он.

- Да, да, просто шишка, - она повернулась. - Мы за что-то зацепились?

- Похоже на то. Но этого не должно быть. Подводные сонары должны помогать избегать таких ситуаций, - Хадсон посмотрел вдоль корабля и увидел, что матросы уже на ногах, а лебедка снова работает плавно.

- Что бы это ни было, мы освободились, - он выпрямился. - Надеюсь, сетка не повреждена.

- Да, держу пари, в ней теперь огромная дыра, - Джинни направилась к двери, бросив через плечо: - Пойду за сапогами. Вернусь через пару минут.

Хадсон кивнул и повернулся к лебедке. В свете полной луны он видел, что трос все еще натянут, что означало, что в сетке что-то есть.

"Не все потеряно", - подумал он.

Сетка поднялась, была перекинута через борт и высыпала содержимое в сортировочный поддон, как обычно. Матросы, Джинни, Хадсон и другие ученые собрались вокруг, чтобы оценить улов.

Осмотрев сетку, они увидели, что оба были правы - сетка была частично разорвана, словно ее протащили по острым скалам на дне. Возможно, риф.