– Мой сын отвечает за ее безопасность, – вспылил он. – И по вине этой девчонки ввязался в магическую дуэль.

Вот оно что. Как и следовало ожидать, ему донесли о проделках сына. Похоже, убедить моего учителя у него не вышло, и теперь кровный враг пришел ко мне.

И что же мне сейчас предложат?

Словно отвечая на мои мысли, заговорил Герберт:

– Юные леди ветрены, непостоянны, подвержены чувствам. Все мы были молодыми и знаем, что такое необдуманные поступки. Вы отказались принять извинения Лукиана в порыве гнева. Но гнев не доведет до добра ни вас, ни Роя.

Он достал уже знакомую мне шкатулку и поднял крышку, показывая то же самое колье. А затем продолжил:

– Давайте начнем сначала. Лукиан Хейг принес вам публичные извинения, леди Суру. Примите его подарок – и ничего не будет. Ни дуэли, ни гнева вашего кровного врага. – он бросил выразительный взгляд на Ару-старшего. – Ни нового витка вражды между Ару и Суру. Ваш отец далеко, леди. И гнев всего рода Ару может обрушиться на вас. 

Его слова рождали во мне сомнения. Но этот приторно-ласковый тон заставлял сердце тревожно биться. Я смотрела на украшение в его руках как на ядовитую змею и пыталась понять, что ему нужно. Герберт уже пытался навесить на меня какие-то заклинания. Вполне возможно, что ожерелье – это новый ошейник с меткой. И учитель тогда, в саду ре Айштервицей, сказал, что таким способом Герберт пытается добраться до него.

Так что же нужно теперь этому прохвосту? 

Ару-старший… Этот с удовольствием испепелил бы меня, наплевав на условности. Если бы не ректор.

Кровнику надоело ждать моего ответа, и он процедил:

– Бери. Иначе пожалеешь. 

Но ректор провел рукой по лысине и мягко возразил:

– Нет, Юлиус. Никакого давления. Поступайте так, как считаете правильным, леди Суру. Вы уйдете из этого кабинета с миром вне зависимости от своего ответа. 

– Герхард…

– Твой сын будет недоволен тем, что я разрешил вам это, – напомнил он. – Пока я ректор этого заведения, никаких угроз. Девушка поступила на общих основаниях и учится прилежно. Не надо запугивать хорошую практикантку.

– Прилежно? – одними губами прошептал Герберт.

Ректор поднял со стола какую-то ведомость и подтвердил:

– Да. У Роя нет к ней претензий. 

А вот это стало сюрпризом уже для меня. Учитель хорошо обо мне отзывается? По документам, я прилежная ученица? Вот это да!

Я опустила глаза, стараясь скрыть ликование, которое разливалось внутри. Почему меня так радует его похвала, он же враг? Кровный враг… 

Но это стало последней каплей. Я вспомнила торжество, которое было в глазах Ару, когда он принял вызов Лукиана. Его яростное «Я же для тебя это делаю. За тебя»...

И сделала шаг назад. А затем уверенно ответила:

– Нет. Извинения Лукиана Хейга я не приму. Он ответит за свой поступок кровью и магией, как того требует ваш закон.

От бешенства, которое вспыхнуло в глазах Ару-старшего, захотелось зажмуриться. Ректор поспешно сказал:

– Вы можете вернуться к себе, леди Суру. Мы вас более не задерживаем.

Я медленно отвесила церемонный поклон и вышла. В общежитие я возвращалась как в тумане. Сомнения начали терзать меня с новой силой. В комнате я рухнула на постель и уставилась в потолок. Я чувствовала опустошение. 

Правильно ли я поступила? Для чего Шендану дерево хай? И почему он так уверен в победе Лукиана? Что Герберту нужно от учителя? Вопросы роились в моей голове.

Наконец, я встала и направилась охлаждать злополучное ведро. Для этого мне нужна полная концентрация. Все остальное подождет.

Испытывать результаты были приглашены Кай и Ханс. Оба парня чувствовали себя виноватыми передо мной и были согласны на все, чтобы я сменила гнев на милость. Поэтому после ужина явились в мою комнату. Не знаю, чего они ждали. Но точно не того, что им предъявят ведро воды и предложат засунуть туда руки.

Несколько мгновений они удивленно таращились на ведро, а затем Ханс осторожно спросил:

– Там твоя магия?

– Да, но для вас она не опасна, – терпеливо пояснила я. – Руки!

Ханс первым сунул палец в воду и тут же с воплем отдернул его.

– Х-холодная, – удивился он. – Как лед!

– Но пока не лед, – вздохнула я. 

Кай осторожно потрогал пальцем воду и спросил:

– Что ты делаешь с этим ведром?

– Пытаюсь заморозить воду, – вздохнула я. 

Ханс удивленно воззрился на меня и произнес:

– Но лед можно создать только с третьей четвертью круга.

– Я и пытаюсь ее достичь.

Кай еще раз посмотрел на ведро и покачал головой.

– Замораживая воду? Но это… странно.

– Метод Роя Ару. – пожала плечами я.

Парни недоверчиво переглянулись, и Ханс высказал общую мысль:

– Так не тренируются. Не думаю, что Ару плавил железо, чтобы достичь бессмертия. Не думаешь, что он водит тебя за нос?