Сжав ладонями шипы гребня, пригнулась и тут же почувствовала движение, как знак, что огромная туша поднимается в небеса, отрываясь от бренной земли и разрешая погладить низкие облака руками.

Хоть я и волновалась перед этой встречей, но, нырнув в высоту, обнаружила, что волнение отошло на второй план, уступая место чистому восторгу, как и всегда во время полета. Сердце умерило бег, и даже усталость слегка перестала давить на плечи, дав немного времени раствориться в покое.

Раддан не торопился, он даже чаще парил, чем взмахивал крыльями, укачивая меня неспешным полетом и позволяя расслабить руки, судорожно сжимающие костяные рога у основания длинной шеи мертвой хваткой.

Я любила летать. Но мой дракон — из-за того, что я женщина — отнимал много сил, не привязанный к гнезду. После каждого оборота я практически падала без сил, с трудом волоча ноги и руки, слыша только шум в ушах от дергано бьющегося сердца.

Мне нужна была семья, чтобы стать полноценным драконом. Поглядывая на затихшего и сконцентрированного на полете Раддана, я, наверное, могла признать, что так или иначе она может у меня быть. Даже с ними — совершенно неправильная, недопустимая, но своя собственная.

— У-умр, — хрипло рыкнул дракон, предупредив, прежде чем начать путь обратно к воротам.

Ступив на землю, он пронес меня еще несколько шагов, словно не торопился избавляться от груза, и под мои невольные вздохи все же остановился, аккуратно расправляя крыло для спуска.

— Спасибо. Это было приятно, — поблагодарила, дав зверю возможность отойти для оборота, и наблюдала за метаморфозой, исказившей пространство.

Уже стоящий передо мной Раддан глубоко и взволнованно вздохнул, отведя глаза в сторону заходящего солнца, расчертившего горы вдалеке красно-розовыми красками.

Он явно о чем-то думал или на что-то решался, но по одному только положению бровей можно было уверенно заявить — это что-то важное, возможно, даже судьбоносное.

— Мне было хорошо с тобой на спине, — наконец сказал он. — Спокойно.

— Я рада. На одну ступеньку ближе к пониманию, — улыбнулась я, стараясь разрядить обстановку.

Мотнув головой, дракон, видимо, отогнал какие-то мрачные мысли и, одним движением преодолев разделявшие нас шаги, крепко обхватил меня за талию и прижал к себе. И я бы возмутилась или хотя бы вскрикнула, но губы тут же опалило жаром. Жаром чужой кожи, рассыпавшей во рту тень вкуса чего-то сладкого.

Или мне так показалось?..

Не заметив сопротивления в моей растерянности, дракон чуть откровеннее поймал в плен мою нижнюю губу и мягко качнул головой, в надежде на взаимность.

Я не могла ответить — просто потерялась в урагане ощущений и россыпи мурашек, накрывшей руки и ноги. Не отталкивая, испуганно сжала пальцы на вороте черной рубахи, не до конца понимая, как это выглядит со стороны и как это может расценить мой супруг, который хрипло выдохнул, чуть усилив напор.

Горячий кончик языка скользнул по расслабленным губам, будто пробуя их на вкус. Удивленно приоткрыв рот, я поняла, что совершенно не знаю, что делать. Просто не знаю! А я ненавижу чего-то не знать!

Мой первый поцелуй словно бы намекал, что я должна понимать или чувствовать на уровне инстинктов, как качнуть головой, как шевелить онемевшими губами, но я стояла столбом, продолжая крепко держаться за мужскую рубаху.

— Прости, — оторвавшись, прошептал он, отняв горячие прикосновение, на месте которого тут же разлился холод. — Я просто хотел убедиться…

Дракон поспешил отойти, размыкая руки, но я вцепилась в него так крепко, что, дернувшись, он остался на месте, удивленно вытаращив черные глаза.

— Я… — звук пропал в горле, вырвавшись хриплым всхлипом. Но мотнув головой, я собралась с духом и призналась: — Я не знаю. Не умею. Это мой первый поцелуй, не злись.

— Вообще-то, это ты должна на меня злиться, я же его украл, — встав обратно так, чтобы мои руки перестали тянуться, мужчина громко сглотнул, дав заметить, как дернулся кадык.

— Я не злюсь. Просто… Просто не привыкла оказываться в темноте.

— Я понял, — дав понять, что мое смущение замечено и усугублять его он не хочет, дракон осторожно поймал мои ладони, позволив расслабить одеревеневшие пальцы. — Мы попозже попробуем еще раз. Уверен, у тебя все получится.

Поморщившись от интонации, подняла глаза, думая, что увижу на мужском лице ехидное выражение, но дракон был удивительно спокоен, заражая своим настроем.

— Тебе нечего смущаться — я твой муж. К тому же ты обещала мне наследника, а поцелуи — это неотъемлемая часть процесса по его созданию.

— Обязательно? — притворно скуксилась я, подыгрывая шутке.

— Обязательно, — подтвердил он, приподнимая уголки губ в улыбке. — Но начинать нужно с малого и практиковаться при любой возможности. Танитас?

— Да?

— Я тебе верю. Надеюсь, и сам смогу заслужить доверие.

— Спасибо. Пойдем? Я ужасно устала и очень хочу лечь спать пораньше.