— В эту дыру? Побойся бога, тебе некого больше туда отправить?

О, и куда только делась “моя светлость”?

— Есть кого. Но я хочу отправить тебя. 

Альберта передернуло.

— Ненавижу провинцию, — с искренним ужасом заявил он. — Там редко моются и ничего не понимают в моде. И что я там должен делать?

Если бы я знал. Я листал папку, пробегаясь невидящим взглядом по документам, связанным с приютом. Счета, счета, счета… 

Ивари ненавидела это место.

“Мерзкие существа! — заявила она как-то. — Мой отец-слюнтяй отдал им мой дом! Мое наследство!”

Это был один из первых совместных завтраков как мужа и жены. Тогда, посмотрев на Ивари, я с тоской понял, что эту инфантильную капризную глупышку не смогу полюбить. 

Каждый месяц я отправлял от имени Ивари на счет приюта деньги — все-таки она была моей женой, так что приют — находился под моей ответственностью. Я надеялся, что живущим там детям всего достаточно, хотя и не питал на их счет особых иллюзий. Неблагие дети — порченая кровь, нарыв на теле магии, выпитый яд с отложенным сроком действия.

И все же они родились такими — а потому ни в чем не были виноваты. 

— Зайди туда, — сказал я, оборачиваясь к Альберту. — Найди управляющую. Поговори с местными. Узнай, не появлялась ли там Ивари. Это, в конце концов, единственный дом, который у нее остался.

Брови Альберта поползли вверх.

— Мы сейчас об одной и той же Ивари Хант говорим, да?

— Просто делай, что я прошу.

— Нет, подожди, речь идет о том, чтобы я отправился в процинцию, вопрос важный. Я всерьез должен поверить в то, что твоя, хм, вздорная бывшая женушка, которая брезговала выходить из дома, если ей не подавали к крыльцу экипаж, и могла устроить истерику, когда к ней подходила нищенка, — уехала в провинцию? Одна? И прячется в приюте для этих несчастных детей? Ты ведь помнишь, что она терпеть не могла Вика, потому что у нее “мигрени от его криков”? А тот случай, когда неблагая старуха схватила ее за руку — помнишь? Сколько докторов тогда дежурили у ее постели? Пятнадцать? Ивари, если мне не изменяет память, боялась заразиться и постоянно держала под рукой тазик, в который ее тошнило пять дней кряду?!

Да уж. Когда Альберт сказал об этом вслух — моя теория казалась еще более глупой. Но все-таки, именно в Брайтмур привели меня крылья, когда я во второй раз почувствовал зов истинности.

— И все-таки — проверь. 

Альберт пожал плечами и тяжело вздохнул. Давно я не видел его таким несчастным. 

— Я бы заодно дом для вас там присмотрел. На пару месяцев, переждать столичную жару и скуку. Хороший вариант, вам не кажется, ваша светлость?

В Брайтмуре? Недалеко от приюта? Хм...

Глава 16

ИВАРИ ХАНТ (РАНЕЕ ИВАРИ РЕННЕР)

Я смотрела на того, кто назвал себя Альбертом Эскиным и чувствовала, что меня начинает потряхивать от страха. Первым желанием было схватить себя за запястье, поднести его к лицу и проверить, точно ли там нет метки. 

Усилием воли я подавила это желание и встала прямо.

Возьми себя в руки, Иви! И включи голову, она тебе не для того, чтобы на ней волосы носить! 

— Здравствуйте, лорд Альберт, — церемонно произнесла я и постаралась изобразить что-то вроде поклона. — Это я управляющая.

Вышло не очень изящно, но разве можно чего-то другого ожидать от девушки из провинции, которая не смогла сделать удачной партии или хотя бы устроиться секретарем или модисткой, а потому вынуждена быть управляющей приютом неблагих детей? Хуже этой работы ничего нет, всем известно.

В мозгу лихорадочно метались мысли, ни одна из которых не была толковой. 

— Очень приятно. — Может, этот Альберт и старался быть вежливым, но у него не очень-то получалось. Взгляд был брезгливым и неприязненным, но, к его чести, он пытался сохранить невозмутимое выражение лица. — Где мы можем поговорить?

Я постаралась не вздрогнуть. 

От стремительного бегства меня удерживала только одна мысль: Ивари он не узнавал, это несмотря на то, что портрет ее с генералом Реннером счастливой семейной четы висел в холле и не увидел бы его только слепой. 

Вот только на том портрете была хрупкая светловолосая девушка, изящная аристократка в бежевом приталеном платье. 

А сейчас перед Альбертом стояла женщина в рабочей одежде из дешевой ткани, волосы — убраны под платок, а еще я по самые уши была в грязи, потому что чистка труб и мытье после этого ванных комнат — совсем не располагает к тому, чтобы при параде встречать высоких гостей.

Конечно, можно было бы привлечь к этому делу няню Урсулу или Юджина, но няня Урсула намного лучше, чем я, управлялась с плитой и сейчас готовила обед, а Юджин — лучше ладил с детьми, как ни крути. 

Так что… Впрочем, корона с меня не упала, я же не аристократка, в отличие от некоторых.  

— Пожалуйста, следуйте за мной. Я сейчас вернусь, — кивнула я мастеру Милкеру.