Глядя на мой победный танец и вежливо улыбаясь, Серёжа попятился к выходу. Наконец-то выбрался в приёмку, глотнул воздух свободы и, пока я не передумал, рванул по направлению к залу. Я же дотанцевал, упал на нагретое кресло и начал переживать лихорадочные приступы счастья.

Наглухо тупиковая ситуация перестала быть таковой, и у меня появилась вполне осязаемая надежда спасти «ОЛЕГа». Пускай я пока что морально не готов к такому разговору, но на днях мне теперь предстоит пригласить Инессу Викторовну в ресторан и обкашлять некоторые вопросики. Ну… с учётом моих новых знаний.

О! А заодно можно ещё и способность «Душевный Друг» на практике опробовать, ну точно же!

— Стоп…

Или наоборот? Может, надо действовать исподтишка и сперва добраться до администрации? Выбить себе приём и как-нибудь договориться с господами чиновниками? Предложить им аренду побольше или там… плитку перед рестораном переложить? Чиновники ведь больше всего на свете любят плитку, верно?

Ладно! Времени у меня впереди ещё целый месяц, и что-нибудь обязательно придумается. Ну а пока что я не в себе от радости, чтобы принимать такие решения. Утро вечера мудренее, семь раз отмерь, и все дела.

Но всё равно! Это надо же, блин, такому случиться! Субаренда! Здание на балансе города! Как такое вообще могло получиться?!

А впрочем… как правильно сказал Серёжа: да какая, нахрен, разница?

— Вита-а-алий!!! — послышался замогильный голос, от которого я буквально подпрыгнул на месте.

Интерлюдия. Двадцать лет назад

— …грёбаный рот того казино! — орал Валентин Вадимович, вылетая из игрового клуба «Золотой Миллиард».

Минутой назад, по поводу проигрыша довольно крупной суммы денег, он решил разбить парочку слот-автоматов барным стулом. И вот он, результат: целая команда дюжих охранников выпроваживала его вперёд ногами.

— Сволочи! — крикнул Валентин Вадимович, поднимаясь на ноги. — Уроды! — затем попробовал отряхнуться, но лишь размазал осеннюю грязь по пиджаку. — Скоты!

А из дверей казино, цокая каблучками, уже выходила его супруга. Выходила со скорбным выражением лица, потому как уже понимала — это конец. Пару часов назад брат её мужа буквально подарил им новую жизнь. Сытую, вольную, богатую. Причём по собственной инициативе подарил, и исключительно из тёплых братских чувств. Серьёзно! Никто его об этом не просил!

Виталий, — хотя сам он всегда просил называть себя «Вий», — просто дал денег и объяснил, что им нужно делать. Так, мол, и так. Идите, ребята, купите вон то здание, а я буду его у вас снимать. Будет вам пассивный доход, и общаться почаще будем.

А потом р-р-р-раз! И этих денег больше нет.

«Общаться почаще», — хмыкнула Инесса Викторовна, вспоминая слова Вия: — «Зачем? Затем, что мой муж лох и неудачник, за каждым шагом которого нужно следить?» — затем тяжко вздохнула и подумала, что на самом деле так оно и есть.

— Уроды! — не унимался Валентин, всё потрясая и потрясая кулачками в сторону охранников. — Я этого так не оставлю!

— Дорогой, — Инесса взяла мужа под руку и буквально потащила вслед за собой по улице. — Успокойся.

Но Валентин не успокоился.

— Я ещё вернусь! — крикнул он. — Они ещё просто не знают, кто мой брат!

— А кто твой брат? — Инесса Викторовна резко остановилась и заглянула мужу в глаза. — Действительно: кто? Кем он работает, Валь? Чем он вообще занимается?

— Я… Я не знаю…

— Вот и я не знаю. И насколько я понимаю, нам этого действительно лучше не знать. А ему лучше не знать, что ты просадил все его деньги.

— Но…, а что мы теперь будем делать?

— Мы будем делать вид, что ничего не произошло, — ответила Инесса Викторовна. — А я что-нибудь придумаю…

Глава 10

— Вита-а-а-алий! — крик повторился.

Истеричный, и при этом глухой — как будто кричащего душили подушкой. А доносился он, понятное дело, из сейфа. Подорвавшись с места, я немного провозился с ключами, открыл дверцу и увидел странную картину.

Практически полностью красный от плесени, святой Камамберий меленько прыгал по своей полке из стороны в сторону и пытался стряхнуть с головы корону крысиного принца. Получалось у него, скажем прямо, не очень.

И честно говоря, я вообще не понимаю, как он умудрялся двигаться. У сыра есть мышцы? А если нет, то что же он в таком случае сокращает? И каким образом корона очутилась там, где очутилась? Сколько же вопросов…

— Сними её с меня!

— Тише-тише-тише, — я помог господину сыру избавиться от короны и переложил её на полку выше, то есть туда, где она и располагалась изначально. — Как так получилось-то?

— Не знаю! — Сыр остановился, выпучил глаза и начал задыхаться. — Я просто лежал, а она… она… у тебя есть ингалятор?!

— Нет.

— Мне воздуха не хватает! Я сейчас умру!

— Камамберий, соберись.

— Кажется, я теряю сознание! Мама?! Папа?! Это вы?!