— Меня зовут Гектар, — сказал он, — и несмотря на то, что ты носишь одежду цвета моей наименее любимой династии, ты слишком прекрасна, чтобы я мог тебя за это осуждать.

Это вызвало у меня улыбку, и я переключилась на другой диалект, который, как я ожидала, он должен знать.

— Меня зовут Ангел, и я просто заимствую эти цвета. Мое происхождение Луга Благодати.

Его глаза расширились.

— Без крыльев?

— Больше нет, — тихо ответила я, и, к счастью, ритм ускорился, когда песня перешла за вступление. После этого, времени на разговоры не оставалось, потому что, если отвлечься, то так же быстро можно было сбиться с ритма.

Прошло больше лет, чем я хотела бы вспоминать, с тех пор как я в последний раз танцевала Долгую Мечту, но мое тело помнило это как вчера, полностью погружаясь в песню. Улыбка Гектара сменилась глубоким смехом, когда он задержал меня чуть дольше, чем нужно, прежде чем я перешла к следующему партнеру, мужчине в оранжевой одежде из династии Йемин.

У нас не было времени ни на приветствия, ни на что-либо еще, поскольку шаги ускорялись, и мы все кружились и вертелись. Партнеры продолжали меняться, как мужчины, так и женщины. В Пустынных Землях, как и почти на всех мирах, существовали однополые браки, междинастические браки и все другие формы любви. Никто не подвергался дискриминации из-за этого — мы все уважали дар связи, независимо от того, как она возникла.

Когда мы приблизились к заключительным тактам танца, мое сердце наполнилось легкостью, какой не было очень давно, и мне стало совершенно ясно одно: я сама виновата в печали в своей жизни. Риз, возможно, и избегал меня, но только в своем мире. Это я сама отдалилась от остальных.

Затем меня схватил за руку новый напарник, и я заметила, что на нем была черная туника Стражей. Только пески Дельфоры и Стража были черными, и, подняв глаза, чтобы встретиться с его взглядом, я невольно моргнула, увидев перед собой потрясающе сексуального жителя Пустыни.

У него была темная кожа, всего на несколько оттенков светлее черного цвета туники, что резко контрастировало с памолсовым зеленым цветом его глаз. Он был таким высоким, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы рассмотреть его лицо.

— Привет, — пробормотал он, и в его взгляде вспыхнул огонь.

Как ни странно, во мне тоже на мгновение возникло какое-то волнение, чисто физическая реакция на его неестественную красоту. Мы двигались в тишине, но наши тела двигались в унисон лучше, чем с кем-либо другим на этой луне. Когда пришло время поменяться местами с последним партнером по танцу, он обошел мужчину Рохами и повел меня за собой, не сбиваясь с ритма. Я моргнула, но не была совсем недовольна тем, что все еще нахожусь в его объятиях.

Когда он наклонился ко мне, мои чувства наполнил пряный аромат, насыщенный и землистый, как сама земля.

— Имя? — спросил он мягким, глубоким голосом. Стражи, как правило, были могущественны благодаря своей близости к священным землям, и этот мужчина не был исключением.

— Ангел, — ответила я. — Твое?

— Дарин.

Судя по тому, как он это сказал, у меня сложилось отчетливое впечатление, что большинство существ здесь отреагировали бы именно так. Это имя что-то значило, только я понятия не имела, что именно.

Его хватка на мне не ослабевала, пока мы продолжали кружиться. Когда затих последний такт, он сбил меня с ритма, и я почувствовала себя гораздо ближе к нему, чем обычно. Его рука крепче обхватила мое бедро, а затем скользнула по моей спине. Я снова наклонила голову, пытаясь оценить его выражение лица, и краем глаза заметила вспышку красного цвета, и именно тогда мой интерес к Дарину угас.

— Почему Риз из Рохами смотрит на меня так, будто собирается подойти и содрать с меня кожу своей песчаной магией?

Вопрос Дарина едва ли дошел до меня, потому что все мое внимание было сосредоточено на боге пустыни.

— Мы своего рода враги, — пробормотала я.

— И всё же ты носишь одежду его дома.

Я сдавленно усмехнулась.

— Всё сложно, но достаточно сказать, что он не желает мне счастья.

Теперь настала очередь Дарина смеяться.

— Тогда тебе повезло, потому что я, пожалуй, единственный житель пустыни в этой комнате, кто не боится Риза.

Это позволило мне наконец снова сосредоточиться на нём.

— Кто ты такой, что не боишься человека с такой властью и репутацией? — спросила я, отступая на шаг назад, чтобы мы больше не соприкасались.

В его глазах мелькнул огонек, и они слегка расширились.

— Полагаю, ты не местная.

— Из Лугов Благодати.

Он кивнул.

— Да, это имеет смысл. Отсутствие крыльев меня сбило с толку, но я могу лишь предположить, что ты не типичный трансцендент.

Я покачала головой.

— Можно и так сказать.

Он расплылся в улыбке.

— Я всегда считал, что типичность переоценена. — Ритм следующей песни ускорился, и он добавил: — Не хочешь ли еще потанцевать?