— Кроме Ангел, кого ты имеешь в виду? — быстро парировал Риз.

Я цокнула языком.

— Ты же знаешь, я предпочитаю горло. Ты всегда увидишь, как я приближаюсь.

Он рассмеялся, и этот смех пронзил мою грудь, заставив меня задуматься, не истекаю ли я кровью прямо за обеденным столом.

— Точно, Лале. Тебе не нужно обманывать, чтобы тебя боялись.

Я попыталась посмеяться вместе с ним, но в легких было так мало воздуха, что я ограничилась улыбкой.

— Когда ты хочешь начать реализацию этого плана? — спросил Лен.

Риз посерьезнел.

— Не в это полнолуние. На церемонии открытия нам следует сосредоточиться на наблюдении и соблюдении приличий. Всё начнётся с новолуния.

Доверяя Ризу, я сразу же поддержала этот план — сегодня вечером я все равно собиралась потанцевать. Поднявшись на ноги, я помогла Мере тоже встать.

— Время танцевать? — спросила она, уже пританцовывая в такт музыке.

— Да, — ответила я, наклонившись к ее уху. — Битва начинается завтра в новолуние, а это значит, что у меня еще есть эта луна для танцев.

— Ура! — крикнула она, вскинув кулак и привлекая внимание. — Давай пойдем туда.

Заиграла новая мелодия, и теперь уже я собиралась поднять кулак вверх.

— Это моя любимая песня и танец, — поспешно сказала я.

Риз, который тоже стоял на ногах, скрестил руки на широкой груди, привлекая мое внимание к обилию обнаженной кожи.

— Ты еще помнишь Дедуна Лалита?

— Каждый удар и каждый шаг, — ответила я, снова сумев сфокусироваться на его лице.

Прежде чем он успел меня отвлечь, я взяла Меру под руку, и вместе мы направились к твердому полу. Мы были там не единственными, многие представители династий уже закончили свою еду.

— Ты знаешь все танцы? — спросила Мера.

Я покачала головой.

— Ни за что. Их сотни, но я точно знаю своих фаворитов.

— Жаль, что я не могу станцевать с тобой этот танец, — сказала она, когда мы подошли к краю площадки, где уже собрались жители Пустынных Земель. — Но я хочу, чтобы у тебя было много… — она закашлялась, и я мог бы поклясться, что она хотела сказать «членов», но потом откашлялась и закончила: — веселья. Чтобы тебе было очень весело.

Я едва сдержала смех.

— Ты ужасный человек, — сказала я, — но я тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю. — Она толкнула меня. — А теперь иди и наслаждайся танцем.

Шагая к толпе, собравшейся на Дедуна Лалита, я позволила знакомому ритму очистить мой разум и душу. Риз, казалось, удивился, что я помню шаги, но как я могла их забыть? Он научил меня этому танцу, как и многим другим местным обычаям.

Он подарил мне этот мир, и это его вина, что я влюбилась в него.

Часть меня всегда будет принадлежать Пустынным Землям, и это был мой шанс почувствовать всё это. Шанс, который я не собиралась упускать. Даже если я буду танцевать в одиночестве, ничто не помешает мне войти в Дедуна Лалита… В Долгую Мечту.

Глава 21

Вступление к Долгой Мечте длилось много минут, давая всем время подобраться друг к другу. Это был такой танец, где смешивались династии и формировались союзы. На самом деле не имело значения, с каким партнером ты начинаешь, поскольку вы менялись каждые пятнадцать шагов в вихре мелодии и ритма.

Поскольку на моем запястье красовалась цепочка с надписью «несвязанная», мужчина в золотой тунике из песков Крани тут же подошел и протянул руку. У него была темно-коричневая кожа, глубокие серые глаза и длинный прямой нос. Он был ненамного выше меня, его бритая голова была почти такой же высоты, как и красный шарф на моей макушке.

— Не хотели бы вы стать партнёром? — спросил он на своём родном языке.

— С удовольствием, — ответила я.

У него была широкая улыбка, зубы слегка кривые, но не настолько, чтобы это выглядело непривлекательно. Когда я взяла его за руку, между нами возникла легкая искра, словно столкнулись наши энергии, но кроме этого, ничего больше не произошло.

Жители пустыни прикасались друг к другу только во время танцев, проявляя такую ​​же осторожность в обмене энергией, как и в любом другом мире, и считалось крайне дурным тоном черпать жизненную силу у партнера, передвигаясь по танцполу.

Крани притянул меня ближе, установив нас в исходное положение лицом друг к другу. Через его плечо я увидела широко улыбающуюся Меру, и когда наши взгляды встретились, она беззвучно произнесла «черт возьми, да!» и многозначительно подняла брови. В моей лучшей подруге не было ничего сдержанного, но мне было все равно.

Обернувшись к своему новому партнеру, я обнаружила, что его взгляд прикован к моему лицу. В отличие от того, как Риз сосредотачивал свое внимание на мне, интенсивность взгляда Крани не вызывала у меня трепета в животе и не оставляла ощущения сдавленности и дискомфорта в груди.