Первоначально признание мне давалось с трудом, но чем больше я говорила, тем легче становилось на душе. Мама слушала, не перебивая. Лишь по тому, как расширились её глаза от удивления, я сделала вывод, что она действительно поверила с первого слова.

— …Вот как-то так. — Пожала плечами, пересказав всё то, что со мной случилось.

— Лейла, получается, отец твоего ребёнка — ларк?! — только и смогла выдохнуть Лералина после рассказа. Я умолчала о хтэррах и прочих нюансах, оставив лишь самое главное: летала на Ларк по заданию, влюбилась, вернулась.

— Да. — Подтвердила кивком. — Он очень приятный мужчина, хороший воин и вождь клана…

— Но ведь ларки же почти что животные!

Она даже дослушивать меня не стала.

— С чего ты взяла? Ты знакома с кем-то из ларков?

— Нет, но так же все говорят! Это же общеизвестный факт! Питекантропы, дикари, грубые животные…

Она перечисляла и перечисляла всё то, что говорил мне Аарон, а я вдруг с ужасом осознала, насколько мы далеки друг от друга. Она и раньше-то меня не всегда понимала, а сейчас не поймёт и подавно. Неужели и я раньше была настолько зашоренной? Неужели и я говорила примерно те же слова, когда Оберан Мёрфи впервые попросил меня отправиться на Ларк?!

Слова Арх-хана всплыли в голове сами собой: «Лейла, неужели тебе не надоело жить с мыслями, что о тебе подумают другие? Жизнь слишком коротка, чтобы ограничивать себя рамками чужих ожиданий». Так кто же дикари на самом деле? Цваргини, которые на слово верят слухам и сплетням, честно выполняют долг перед расой, связывая себя узами брака с мужчинами, которых не любят, или ларки, которые живут так, как хотят?

— …но в любом случае, я очень-очень рада, что ты вышла замуж за Фабриса и он признает сына своим. В конце концов, это самое важное!

— Мам, но я не люблю Фабриса! — Я предприняла последнюю попытку достучаться до матери. Куда там!

— Главное, что он тебя любит, деточка! Если он взял тебя в жёны даже такую, порченую, то не волнуйся. Со временем стерпится-слюбится…

Не знаю, до чего бы дошёл наш разговор с матерью, если бы коммуникатор у неё не забрал отец. По тому, как замелькала картинка, я поняла, что он взял гаджет и ушёл в другую комнату. Наконец голограмма сменилась полностью, и мне в глаза почти целую минуту смотрел Кайрон Виланта.

— Дочь, правильно ли я понял, что ты беременна от ларка, но при этом вышла замуж за Фабриса Робера?

Вопрос прозвучал так чётко, что я даже вздрогнула. Но кивнула.

— Ты понимаешь, что поступила плохо по отношению к эмиссару? — сразу же последовал очередной вопрос.

Я отрицательно покачала головой.

— Я не просила этого, он сам предложил, и он прекрасно понимает всю ситуацию. Мне нужен этот брак ради визы, чтобы я могла вернуться на Ларк.

Отец тяжело вздохнул и покачал головой.

— Лейла, тебе, конечно же, решать самой, и я поддержу любое твоё решение, но прими во внимание, что нужно обладать колоссальной силой духа и высокими нравственными принципами, чтобы не воспользоваться силой, которая дана нам, цваргам, от природы. К сожалению, в большинстве случаев мужчины предпочитают идти по лёгкому пути. По тому, как ты здраво себя ведёшь и всё ещё не влюблена в Фабриса Робера, я чувствую, что он даже не думал оказывать на тебя влияние, хотя мог бы. Хотя бы чуть-чуть. Подумай, пожалуйста, точно ли тебе надо возвращаться на Ларк, когда рядом такой достойный цварг пытается добиться твоего внимания всеми силами и даже пошёл на то, чтобы его вычеркнули из списков Планетарной Лаборатории.

Отец не сказал ничего нового. Я и сама всё это понимала, но, тем не менее, после его слов на душе как будто кто-то стеклянную крошку рассыпал. Там, на Ларке, остался мужчина, которого я люблю, но для которого мало что значу, а здесь, на Цварге, другой… полная его противоположность, но для которого я почему-то немало значу сама.

— Обещай хотя бы подумать, — наконец сказал Кайрон, а я с готовностью кивнула.

— Ты сказал, что поддержишь. А мама? — переспросила я, перед тем как разрывать связь.

— И Лералина, разумеется, тоже, — чётко ответил отец. — Просто ей надо время, чтобы перестроиться и понять тебя. Возможно, пройдёт время, но я уверен, что и она тебя поймёт. В конце концов, самое главное, чтобы ты была счастлива.

На этой ноте мы распрощались, а вечером Фабрис вновь меня позвал погулять, на этот раз предложив посетить гигантское колесо обозрения. Он был внимателен, галантен, остроумен, заботлив и порой забавен в своих привычках, наследованных от агента алеф-класса, но как бы он ни старался мне понравиться, я отчётливо понимала, что он не Арх-хан. Совсем не Арх-хан.

Дни летели как птицы. И когда Фабрис подошёл и сказал: «Я всё уладил, сегодня едем в космопорт», — это стало сюрпризом даже для меня.

Глава 32. Ревность ларка

Арх-хан Шаррше Варкхарий Вакхаш. Космос. Нейтральная территория