«А было бы неплохо», — подумала я, внезапно осознавая всю бессмысленность ссоры и безвыходность ситуации. Неожиданно пришло понимание, что Арх-хан уже всё давно решил. Ведь он сам говорил мне, что жизнь слишком коротка, чтобы ограничивать себя рамками чужих ожиданий. Он бы не стал делать что-то лишь потому, что этого от него ожидают другие… Выходит, он хотел участвовать в хайде принцессы. Жёсткая правда обрушилась на меня на крейсерской скорости, расплющивая и расплавляя в дурацкую плоскую бляшку.

— Нет, я не хочу, Арх-хан. Поступай как знаешь. Я… улетаю с Ларка.

Я отвернулась, чтобы только не видеть больше этого ослепительно сияющего нимба над его головой, этих чётких широких скул и серо-зелёных глаз с вертикальным зрачком. Может быть, воины Ларка плачут от избытка эмоций, но цваргини — нет.

— Лейла, постой… Можно тебя хотя бы обнять напоследок?

Слова мужчины, на которого я с лёгкостью променяла бы планету и привычный уклад жизни, вонзились в спину ржавым кинжалом. Это было больно, но какой-то колоссальной силой воли я собралась и ровно ответила, даже не оборачиваясь:

— Не стоит. Прощай, Арх-хан.

Боль чёрной лужей растекалась в грудине, сдавливала лёгкие, мешала дышать, но я спокойно шла в сторону апартаментов, чтобы собрать вещи. Я быстро шла по каменной плитке и как никогда радовалась тому, что на Цварге всех девочек учили держать эмоции под контролем. Никогда бы не подумала, что эта способность мне понадобится в первую очередь на Ларке. Было стыдно… ужасно стыдно, что я допустила, будто могу значить для Арх-хана нечто большее, чем предыдущие ларчанки. Стыдно, что повелась на обаяние и харизму дикаря, хотя какой он к швархам дикарь? Дикари не управляют государством, не думают о защите населения и совершенно точно не берут на себя воспитание маленьких запутавшихся девочек, а ведь именно такой я была, когда впервые ступила на Ларк.

В душе поднималось холодное безысходное отчаяние. После разговора с Арх-ханом я чувствовала себя как выжатый лимон. Оказывается, одного только стремления и желания начать новую жизнь мало. Меня все использовали, только каждый на свой лад. СБЦ по-своему, ларки — по-своему. Внутри что-то корчилось и судорожно царапалось в предсмертной агонии. Интересно, а существует ли гангрена души? И как называются больные, которые, вместо того чтобы лечиться, выбирают медленную и мучительную смерть?

Уже на выходе из покоев, где мне довелось прожить целый месяц с вождём, я неожиданно столкнулась с Шонхорном.

— Лейла? Ты покидаешь нас?

Он правильно оценил мои брюки, рубашку и походный рюкзак за спиной. В последний я покидала лишь те вещи, с которыми прибыла на планету, но их всё равно почему-то оказалось прилично. Накупленные на рынке многочисленные платья, ткани и прочую ерунду я брать не стала, так как не чувствовала эти вещи своими, да и никогда не хотела подарков от вождя. Может быть, у ларков и было так принято, чтобы мужчины одаривали женщин ежедневно, но всё, чего хотела я — самого Арх-хана.

Глядя на массивную фигуру Шонхорна, я вдруг меланхолично подумала, что этот крупный воин, с которым у меня не сложились отношения с самого начала, сейчас будет злорадствовать. Но этого не произошло.

— Тебе помощь нужна? — спросил он вместо этого. — Арх-хан очень занят, но просил помочь тебе со сборами.

Я отрицательно покачала головой.

— Спасибо, мне ничего не надо.

Шонхорн нахмурился, явно собираясь что-то сказать, но, не чувствуя в себе сил в принципе больше видеть ларков, я произнесла:

— Арх-хан мудрый правитель, а ты всегда был его преданным другом. Мне жаль, что такое случилось с твоими волосами и татуировками из-за людей… на мой взгляд, это несправедливое наказание, но я понимаю, что моё мнение здесь никто не учитывает. Береги его, а мне пора.

— А ты береги себя, Лейла. И мне тоже жаль, что всё так сложилось.

***

Арх-хан Шаррше Варкхарий Вакхаш. Планета Ларк. Шарршеорон

Три дня назад

— А я тебе говорил, что девушку надо отпустить домой. И Терекх тоже говорил. А ты не верил. Ларк – не место людей! — рычал Шонхорн так, будто это была его собственная вина, что Лейла чуть не умерла в Сухих Песках.

«Человек умрёт на Ларке», — вторил фантомный голос младшего брата в голове.

— Шонхорн, замолчи! — За последний час я чуть не умер от мысли, что Лейлы больше нет. — У неё забилось сердце несколько минут назад. Дайнагорн сказал, что Духи милосердны. Она выкарабкается.

— И всё-таки, когда она очнётся, ты должен сделать всё, чтобы она улетела. Ты понимаешь? — Он жёстко схватил меня за предплечье и посмотрел в глаза.

Крайне редко ларки осмеливались так поступать. Всё-таки это вызов. Но Шонхорн никогда не боялся высказывать своё мнение, за это я его и ценил все эти годы.

— Хорошо.

Я выдернул запястье и сделал шаг в сторону апартаментов.

— Арх-хан, ты куда?!

— Посмотреть, как она. Я чувствую, что я ей нужен.