Нет! Дудки! Не время опускать руки.

Мотнул головой и резко встал на пол, чуть не разбудив Форда. И вновь поморщился. Вчера «друг» пришел в комнату и как ни в чем не бывало, стал рассказывать о событиях дня и о том, как повеселился с одной цыпочкой. Конечно, в подробности он не вдавался. Да и если бы он решил рассказать, что заарканил Норму, я бы только руку ему пожал. Точнее, пожал, если бы мне до этого не довелось услышать странный разговор парочки о некоем договоре между ними.

Теперь же находиться рядом с Гиенсом мне стало в тягость. И будить его в мои планы точно не входило. Устрой я допрос, парень бы точно ни в чем не признался. Таков был его характер с самого детства. И я знал, что лучший способ ‒ наблюдение. Но все это может подождать. Сперва я должен пройти проверку Венделла Филда. Разобраться с беглянкой, которая до сих пор по какой-то причине меня не сдала. И уже потом выяснять, что именно Форд задумал, и по какой причине скооперировался с Нормой.

Схватив со стула одежду, я быстро оделся и выскочил из комнаты. По узлам коридоров и лестниц я спустился на первый этаж, а оттуда вышел на улицу, где только-только занимался рассвет.

Встреча с наездником должна была состояться лишь через два часа. И у меня как раз было время разогреть мышцы перед тренировкой.

Воздух был свеж, наполнен запахом влажной земли и цветов. Я глубоко вздохнул, стараясь отбросить ночные кошмары и накопившееся напряжение. Тренировка — самое верное средство от дурных мыслей и необдуманных поступков. Физические нагрузки всегда помогали мне сосредоточиться и отвлечься от проблем. Хотя сегодня отвлечься было сложно.

Но тем не менее я уверенным шагом направился к тренировочной площадке, растягивая мышцы рук, вытягивая их влево и вправо. Попутно прокручивая голову в разные стороны.

Площадка, как я и предполагал, оказалась пустынна и безлюдна. Я начал с разминки, выполняя растяжку и легкие упражнения, постепенно увеличивая нагрузку. Каждое движение помогало мне избавиться от лишнего напряжения и сосредоточиться на том, что мне нужно сделать. Движения были плавными, отточенными ‒ результат многолетних занятий. Тело помнило каждый элемент, каждое движение. Это было как медитация, как способ найти внутреннее равновесие.

Я сосредоточился на дыхании, стараясь не думать о кошмарах и страхах. У меня была цель, от которой я не собирался отступаться. И никто, повторюсь, никто не сможет заставить меня свернуть с намеченного пути.

Венделлу, если он получил указание от моего отца довести меня до предела, чтобы я отказался от учебы в академии, придется скинуть меня с дракона для выполнения миссии. В ином случае его ждало разочарование.

Фыркнув, переключился на более интенсивные упражнения. Я отрабатывал удары, прыжки, маневры и под конец решил оббежать площадку по кругу несколько раз. Каждый шаг был пронизан решимостью и стремлением доказать самому себе, что я все делаю правильно. Что ритуал по обретению силы ‒ лишь временное решение, которое отпадет, когда я достигну своей цели.

Энергия, будто в насмешку, клокотала во мне, несмотря на быстрый бег, и каждая капля пота, стекающая по лицу, приближала меня к освобождению от невидимых оков.

А затем в спину мне ударил слегка глумливый, грубый голос драконьего наездника:

‒ Вижу, ты настроен серьезно. Что же, я тоже пришел не с пустыми руками.

Глава 40

Кириан

Я обернулся и удивленно изогнул брови. Венделл Филд стоял на влажном песке тренировочной площадки, крепко держа в руках большой железный ветродуй. Лопасти его не были активированы, но я знал, что эта вещь могла в считанные мгновения снести меня с ног и опрокинуть на пятую точку в паре метров от себя.

Обычно ветродуи использовали на арене для поднятия песка и создания имитации песчаной бури. Наездникам часто приходилось выполнять задания в Пустынных землях, и это было частью подготовки.

Но Венделл точно задумал нечто другое. Это легко читалось в его чуть прищуренных глазах.

‒ Любопытно?

‒ Безусловно, ‒ не стал отпираться я. Все-таки и так ждал от драконьего наездника чего-то необычного. Так сказать, выходящего за рамки обычных занятий. Не зря же все считали его выдающимся человеком. Не зря его портрет повесили в галерее академии на самом видном месте. Лучший выпускник. Звезда. До такой захочешь ‒ не дотянешься.

А мне выпал шанс получить пару личных уроков. Может, отец и ждал, что лишние тренировки заставят меня вернуться домой, а я же собирался выжать из них максимум.

‒ Так для чего он? ‒ сердце после бега успокоилось, и я бодрой походкой подошел к Филду, всем видом показывая, что тому не удастся меня напугать.

‒ О-о-о, все очень просто. Сегодня мы отработаем одно из самых легких упражнений на устойчивость и выносливость.

На последнем слове он опустил ветродуй на землю и повернул его лопастями в мою сторону.