— Насколько могу судить, одни предположения. Миссис Дойл сказала, что мать отправила Гейвенстон в дорогой пансион для молодых леди и та усвоила изящные манеры, но при этом в ней есть беспощадная жилка. Без обид, — поспешил добавить Сэм, не желая оговорить хозяйку пивоварни и рассердить Ребекку. — По словам миссис Дойл, если Гейвенстон решила, что брак дочери с Паско выгоден для пивоварни, она стала бы его поощрять. Но ведь люди сплошь и рядом женятся ради выгоды.

— Иначе «Олмакс» пришлось бы закрыть, — лениво улыбнулся Алек. — Его не зря называют брачным рынком.

— Есть разница между тем, чтобы принудить дочь к нежеланному браку, Сатклифф, и поощрить союз, который кажется выгодным, — чопорно ответила Ребекка. — Не представляю, чтобы миссис Гейвенстон заставила дочь выйти за неподходящего человека.

Кендра узнала упрямо вздёрнутый подбородок Ребекки. Ей явно нелегко было смириться с мыслью, что у женщины, которой она восхищается, могут быть недостатки.

— Как бы ни складывались отношения Хестер и Паско, мне кажется, он был ей дорог, — наконец произнесла Кендра. Отчаяние в глазах Хестер, когда ей рассказали о гибели Паско, не выглядело притворным. Впрочем, это не снимало подозрений. Как она уже говорила, многие погибают от руки тех, кто утверждает, что любит их.

— У миссис Гейвенстон могла быть и другая причина держать Паско рядом, — осторожно сказала она.

— Какая, девочка? — спросил Сэм.

— Возможно, он интересовал её саму.

Наступившее потрясённое молчание не удивило Кендру. Эта версия казалась скандальной только потому, что миссис Гейвенстон была старше Паско.

Первым заговорил Малдун:

— В романтическом смысле?

Она с некоторой улыбкой посмотрела на него.

— Миссис Гейвенстон не такая уж старая. Я спросила её, и она отрицала, что у них была связь.

Сэм поперхнулся элем.

— Зубы Господни! Ты прямо спросила, была ли она с мистером Паско?.. — Он уставился на неё. Вообще-то все на неё уставились.

— Это необходимо было спросить.

Алек рассмеялся.

— И что она ответила?

— Отрицала. И выглядела потрясённой самой мыслью.

Малдун внимательно посмотрел на Кендру.

— Вы ей не верите?

— Не знаю. Что-то она скрывает. Может, просто хотела сблизить Хестер с Паско. — Кендра пила кофе и расхаживала по комнате. — По времени всё сходится, — наконец сказала она. — Её дядя вернулся из Индии незадолго до того, как она наняла Паско. Капитан Синклер не скрывает желания получить больше власти над пивоварней. Говорит, поставщики и торговые агенты хотят иметь дело с мужчиной, а не женщиной…

— Это возмутительная несправедливость! — вспыхнула Ребекка.

— Согласна. Но миссис Гейвенстон не похожа на идеалистку. Она реалистка и не станет тратить время на борьбу с предрассудками. Вместо этого совершает стратегический ход: нанимает Паско управляющим, который будет представлять пивоварню в переговорах.

Малдун склонил голову.

— Но у неё уже был управляющий-мужчина.

— Мистер Картер стар, вероятно, всё равно собирался в отставку. Нужно было подготовиться. И логично, что она выбрала знакомого человека. Чужака не взяла бы. Паско был идеален. По всем отзывам, он хорошо разбирался в цифрах и одновременно был поэтом. Мечтателем. Его мать сказала, что он порой витал в облаках. Миссис Гейвенстон не пришлось бы его опасаться: он не представлял для неё угрозы.

Сэм тихонько присвистнул.

— Миссис Дойл права. Если так посмотреть, Гейвенстон и впрямь несколько беспощадна.

— Реалистична, — поправила Кендра. — Пивоварня Барретта — её наследие. Она имеет полное право за него бороться. Это капитан Синклер намекал, будто Гейвенстон и Паско состояли в отношениях, но его едва ли назовёшь беспристрастным свидетелем.

Она подумала об Альбионе Миллере. Тот тоже намекал, что миссис Гейвенстон совершила нечто непристойное — что-то, что потрясло бы дочерей и опозорило семью. Ничто не вызывало скандала так верно, как секс. А Альбион был скользким мерзавцем. Он следил за людьми, наблюдал издалека. Может, видел Паско и миссис Гейвенстон в компрометирующей ситуации?

Или шантажировал её из-за того, что случилось много лет назад? Похоже, миссис Гейвенстон и брат Альбиона Робби поженились бы, если бы тот внезапно не умер. Если они позволили себе «неосторожность» — кажется, так это теперь называли, — могла ли репутация миссис Гейвенстон пострадать даже спустя столько лет?

Долго думать не пришлось. Да. К женщинам предъявляли требования, которых никогда не предъявляли к мужчинам: тех, наоборот, поощряли «нагуляться» до брака. Если Гейвенстон и её возлюбленный не дождались свадьбы, общество возмутилось бы её падением, и позор преследовал бы её всю жизнь. А тень бесчестья легла бы и на семью, и на пивоварню Барретта.

— И как всё это связано с убийством Паско? — спросил Сэм, возвращая Кендру к настоящему. — Разве что произошла любовная ссора?