— Мне очень жаль, — сказала Кендра и подумала, сколько же раз за сегодняшний день ей придётся повторить эти бесполезные слова.

— Не верю. — Хестер с трудом добралась до кресла и рухнула в него.

— Его убили, — сообщила миссис Гейвенстон дочери.

Хестер покачала головой. Её взгляд устремился к окну, расфокусировался. На глаза мгновенно навернулись слёзы.

— Это кажется ненастоящим.

— Мы выясним, кто его убил, — пообещала Кендра. — Но мне нужно задать вам несколько вопросов. Ответы могут помочь найти преступника. Скажите, как вы были связаны с мистером Паско?

Хестер снова посмотрела на неё, но взгляд оставался пустым.

— Что?

— Знаю, что он был деловым управляющим вашей матери на пивоварне. Вы работали с ним?

— Ах… я… да, — пробормотала Хестер, всё ещё ошеломлённая.

— Чем именно вы занимаетесь на пивоварне Барретта?

— Моя дочь станет моей преемницей, — ответила вместо неё миссис Гейвенстон. — Я говорила вам, что пивоварня Барретта передаётся от матери к старшей дочери. Однажды Хестер возглавит предприятие.

Хестер извлекла платочек из манжеты рукава почти тем же фокусническим движением, что и мать, и вытерла нос.

— Мистер Паско отвечал за движение денежных средств пивоварни, налоговые обязательства, ведение счетов… — Её голос затих.

— Финансовый директор, — сказала Кендра.

Хестер нахмурилась.

— Простите?

— Главный финансовый управляющий. Там, откуда я родом, — в Америке — обязанности мистера Паско назывались бы работой финансового директора. Вы знали, что он увлекался поэзией?

— Конечно. Мы… мы часто об этом говорили. Я сама люблю стихи. Не писать — читать…

Она оборвала себя судорожным всхлипом и, совсем как мать, прижала ладонь ко рту.

— Простите, но я… — Она посмотрела на Кендру сквозь слёзы. — Как всё может измениться так внезапно?

Кендра болезненно ощутила её отчаяние. Ответить на такой вопрос она не могла. Если человек не умирал от долгой болезни, смерть чаще всего приходила без предупреждения. Слишком часто Кендра видела такую же растерянность на лицах людей, потерявших близких из-за бессмысленного преступления. Почему? Почему он? Почему я? Как такое могло случиться?

Алек плеснул бренди ещё в один бокал и подал его Хестер.

Кендра спросила:

— Он не говорил, что с кем-нибудь недавно поссорился? Что у него возникли неприятности? Что кто-то досаждает ему?

Хестер попыталась взять себя в руки.

— Нет. Хотя… да. Был мистер Логан. На прошлой неделе они повздорили.

— Джереми поссорился с мистером Логаном? — резко спросила миссис Гейвенстон. — Впервые об этом слышу.

Кендра вопросительно посмотрела на старшую женщину.

— Он здешний фермер. Мы покупаем у него хмель и яблоки, — пояснила миссис Гейвенстон и снова повернулась к дочери. — Из-за чего они спорили?

Хестер промокнула глаза, вытерла нос и всхлипнула.

— Мистер Логан заупрямился, когда нужно было продать нам то, что он обещал поставить.

— Почему мне об этом ничего не сказали? — потребовала ответа миссис Гейвенстон, но тут же покачала головой. — Впрочем, неважно. Сейчас не время об этом говорить. — Она подняла руки и потёрла виски. Горе обозначило на лице резкие морщины, и женщина внезапно показалась старше. — Я не могу думать.

— Нам нужно поговорить с мистером Логаном, — сказала Кендра. Хотя она сомневалась, что Паско убили из-за спора о поставке урожая, фермера всё же следовало допросить и исключить из числа подозреваемых. — И со всеми остальными, кто работал с мистером Паско.

Миссис Гейвенстон опустила руки.

— Вы действительно сможете найти того, кто это сделал, мисс Донован? Того… чудовища, которое убило Джереми?

Хестер судорожно вздохнула и покачала головой, словно пытаясь отогнать правду.

— Не могу поверить, что его больше нет, — пробормотала она, вытирая новые слёзы.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещала Кендра. Она перевела взгляд на Хестер. — Когда вы в последний раз видели мистера Паско?

Хестер нахмурилась.

— В пятницу? В субботу я не приходила на пивоварню.

— Дочь болела и лежала в постели, — пояснила миссис Гейвенстон. — Ей и сейчас следовало бы оставаться дома.

— А в пятницу, когда вы его видели, каким он вам показался? — спросила Кендра. — Он не был чем-нибудь расстроен?

Хестер покачала головой.

— Нет. Всё было как обычно. — Вдруг она резко поднялась. — Простите, но я не могу… — Её губы задрожали. Она плотно сжала их и повернулась к матери, глядя сквозь слёзы. — Прости, мама, но… я больше не могу об этом говорить.

— Мисс Гейвенстон… — начала Кендра, тоже поднимаясь.